Киселёвск. Ад на земле.



Знакомьтесь, это Киселёвск - одно из самых ужасных мест на земле.
Насколько он кошмарен и отвратителен, видно даже из космоса. Без помутнения рассудка на эту местность можно смотреть разве что оттуда – из космоса – тогда можно обмануть своё сознание, что это всего лишь картинка.



Серые пятна – это разрезы. По сути, люди живут на небольших клочках земли между огромными угольными разрезами. Официально здесь проживает 90 тысяч человек. В 1962 году, когда, столько как сейчас, добывающих предприятий не было, здесь проживало 142 тысячи человек. Но теперь олигархи создали множество рабочих мест и количество жителей снизилось на 50 тысяч.
Но, где там проживает даже 90 тысяч - понять невозможно. Разглядывая карту, создается устойчивое ощущение, что и эта цифра очень сильно завышена. Негде там поместить 90 тысяч. Киселёвск вымирает.

Типичные улицы Киселевска выглядят так:





Там есть даже смотровая площадка, с неё открывается потрясающий вид:



Если между какими-то скоплениями домов в Киселевске существует просвет – олигархи тут же запускают туда экскаваторы и начинают копать уголь.
Поэтому на любом пустом месте в Киселевске -образуется разрез.
Люди дышат угольной пылью, слушают рёв машин, вздрагивают от взрывов и вымирают.
Только абсолютный клинический идиот желает для своих детей оставаться в Киселевске.
И таких, к сожалению, по-прежнему очень много.

То, что у людей там еще остались какие-то права и имущество – это лишь временное неудобство для олигархов. Они с этим неудобством методично и успешно борются.

Я напомню – очень многие из вас и ваших знакомых уже 20 лет голосуют за власть, которая хочет превратить страну в один огромный Киселевск.

Власти Киселевска считают жителей за конченное быдло и поэтому рисуют на выборах какие хотят результаты. Там есть участки, где численность избирателей составляет 1266, 1713, 1725, 1967 человек, а погашенных бюллетеней на выборах президента – ноль. Это значит, что по версии властей, проголосовали все до единого жители. И конечно же - почти все они за Путина. На прочих участках ситуация немногим лучше.

Олигархи подкармливают чиновников и роют огромные карьеры прямо посреди города, выкапывают из-под земли на миллиарды долларов полезных ископаемых, покупают себе недвижимость за рубежом эвакуируют туда свои семьи. А местным жителям они оставляют нищету, черные реки, отравленную землю и, насыщенный угольными взвесями, воздух.

Открытия на открытии. Шерегеш 2018.

Итак, открытие зимнего сезона в Шерегеше состоялось.
Чем оно запомнится?
Прошедшее открытие без преувеличения можно назвать самым провальным из всех.
Погодные условия в этот день сложились как нельзя лучше: комфортная температура, солнышко, хороший снежный покров.



Однако, туристов на официальное открытие приехало катастрофически мало.
Вебкамеры давали красноречивую картинку – никаких привычных толп туристов на выкате. Если удалить оттуда множество чиновников и бюджетников, которых по традиции нагнали для массовки - изображать благодарную аудиторию слушателей высокопарных речей высокопоставленных спикеров, то отдыхающих можно было бы едва «наскрести» на заурядную пятницу.
В массовом спуске, в основу которого легла, да-да - идея импортозамещения - приняло участие не более 200 человек.



Зрителей было очень мало, многие из них оказались по совместительству профессиональными благодарными слушателями воодушевленных речей высокопоставленных спикеров.
Примерно к обеду запал у чиновников обычно пропадает, идеи для развлечения честного народа заканчиваются, мерзнуть надоедает, наступает голод и вся декоративная массовка растворяется.
День начинает напоминать собой самый обычный катальный день – чем он и должен быть на горнолыжном курорте.
Около двух часов дня, наступил катальный час-пик - идеальный момент для того, чтобы оценить какое же на самом деле количество человек приехало на открытие.
Это легко сделать с помощью тех же веб камер. Зная время, за которое каждый подъемник поднимает наверх, мы имеем возможность зафиксировать точное количество человек, которое в текущий момент находится на подъемнике.
Для этого просто считаешь, сколько за расчетное время подъема погрузилось на подъемник человек. Вебкамеры сегодня захватывают почти все канатные дороги.





Олимпия в расчетное время поднимала 86 человек, Хлебница не работала, Мустаг находится далеко от камер, но происходящее на посадке очень сильно напоминало то, что происходило на посадке Олимпии, так что, с учетом того, что к вершине он двигается на минуту меньше, количество одновременно поднимающихся мы оценим в 80 человек. На Булочке одновременно поднимались около 70 человек. На зеленом кресле 120. Синее кресло в кадр не попадает, но с учетом меньшей его протяженности, мы щедро посчитаем его по показателям зеленого кресла – 120 человек.
Итак, на всех подъемниках сектора А в районе 2 часов в креслах сидело одновременно 480 человек.
Подъёмники в час-пик были заполнены лишь наполовину – многие кресла шли наверх и вовсе пустыми.
Как правило, количество людей на спусках равняется числу одновременно поднимающихся плюс те, что стоят в очереди на посадке.
Так как очередей ни на один подъемник не было, значит по трассам в это время спускались тоже около 480 человек. Это подтверждалось и визуальной картинкой со склонов.



Единственной очередью в 2 часа дня – была очередь в кассу канатных дорог.
И это то, что всегда заставляет подниматься мои волосы дыбом. Вместо того, чтобы подниматься на подъемнике, человек стоит в очереди. Очередь в кассу может быть оправдана в единственном случае – при очередях на подъёмники. Создавать условия, когда отдыхающие томятся в очереди, чтобы заплатить деньги, когда наверх уходят пустые кресла – это, на мой взгляд, какая-то лютая дичь.



Сектор Е и Скайвей в этот день были ни живы ни мёртвы, так что в своих подсчетах мы щедро отсыплем им 300 человек, и столь же щедро посчитаем тех, кто после обеда всё еще сидит в кафе или уже откатал своё в этом дне, приняв к расчету примерно 700 человек.

2000 человек. Вот что у нас получилось. И это, я вам скажу – очень и очень оптимистичная цифра.
Две тысячи человек в Шерегеше на открытии – это катастрофа. Это работа в убыток.
К слову, моё предприятие зафиксировало в этот день двукратное падение выручки относительно прошлогоднего открытия. Двукратное! И это при том, что прошлогоднее, в свою очередь, тоже находилось на кривой падения относительно предыдущих сезонов.

А теперь немного рассуждений

Я давно говорю об этом и время лишь подтверждает мои слова – интерес к открытию со стороны туристов находится в обратной зависимости от того рвения, которое проявляют чиновники.
Чем сильнее в это событие вовлекают себя чиновники, тем меньше людей приезжает на открытие.
Открытие превратилось в праздник чиновников. Они попросту присвоили этот день работы курорта себе.
Сам танцую, сам пою, сам билеты продаю – вот как это выглядит.
Сами проехали на туристическом поезде, сами заняли самую удобную парковку, сами себя развлекли, сами себе похлопали.



И плевать, что всё это во вред курорту. Хозяева жизни же.
Можно сколько угодно драть глотки о мировом лидерстве и достигнутых воображаемых высотах, а жизнь идёт своим чередом и объективной действительности безразлично, какие обороты речи нашел для своих выступлений очередной чиновник.

Я уже давно не суюсь на этот чиновничий междусобойчик – устал расстраиваться.
Прорваться на гору в этот день сродни попытке проникнуть на режимный объект.
В этот раз, мы поехали только для того, чтобы отвезти погулять тёщу с подругой. Посередине подъема я уперся в туловища полицейских, перегородивших собой дорогу, и меня насильно стали загонять на парковку. Но я всего лишь хотел выгрузить пассажиров. Не оставили даже возможности развернуться. В результате, пока я маневрировал, я создал помехи для двигающихся за мной автомобилей.

Я не понимаю, почему я не могу свободно выполнять свои рабочие обязанности в этот день. Не понимаю, почему в этот день всё для и ради чиновников.
Почему у них просто способна зарождаться мысль о том, что они могут остановить канатные дороги, чтобы насильно заставить туристов слушать себя. В этот раз, говорят, обошлось без остановок.
В прошлом сезоне они хотя бы догадались перенести свой праздник (а это только их праздник) на пятницу. Все вздохнули с облегчением. И вот, всё вернулось на круги своя.
Приехали и опять украли у катальщиков первую субботу сезона.

У использующих горнолыжный курорт по назначению уже установилась прочная взаимосвязь. Официальное открытие? – без меня!
Я понимаю, что всё это звучит обидно для чиновников. Но почему нельзя просто побыть на празднике жизни обычными гостями, если уж так душа рвется в Шерегеш?
Зачем лезть как слоны в посудную лавку и ломать всё под себя?
Дайте вы курорту жить своей жизнью. Ну ведите вы себя скромно, не привлекая к своим персонам излишнего внимания, не перенастраивая режим работы под свои предпочтения.
С чего ради все вокруг в этот день обязаны плясать под вас, а бизнес нести убытки?
Тот же Прокудин виду не подал, а вечером, скорее всего костерил чиновников, прослезившись, когда узнал, сколько заработали канатные дороги.

Уже давно посчитано, что каждый день на горе в среднем должно быть почти 7000 туристов, чтобы по завершению сезона была возможность озвучить любимый миф про миллион туристов.
Если вы, включая все свои мощности и максимальную харизму, способны привлечь в особый день только 2000 истосковавшихся по снегу туристов, то как вы собираетесь достичь поставленную перед собой задачу принять на горе в этом сезоне 1,3 миллиона человек?
У вас уже провал. С самого начала. Должно быть за два дня минимум 14 тысяч. А будет максимум 4.

Ох, друзья. Всё это грустно, печально и жутко. Жутко от того, что работа на уничтожение выставляется как вклад в развитие.
Не так строятся и развиваются горнолыжные курорты, не так. И не за то люди любят горнолыжный отдых, что курорт оккупируется чиновниками.
Я всё понимаю, звездная болезнь, жажда славы, самореализации и народного признания.
Но вы тогда заберите у нас всё и рулите как хотите. Сделайте муниципальный курорт, доведите его до международного признания, флаг вам в руки.

Вчера прослушал выступление Сергея Евгеньевича Цивилева, перед которым выстроили шерегешских электриков и бюджетников и он объяснил им, что в этом году зимний сезон начался на две недели раньше и выразил надежду, что с введением в строй новой подстанции, люди теперь не замёрзнут, даже если кончатся дрова и уголь.
Во как. На две недели раньше. Из выступлений Сергея Евгеньевича складывается ощущение, что его убедили в том, что Кузбасс до его прихода представлял собой бесснежную непроходимую тайгу, а за те несколько месяцев, как он здесь, расцвела жизнь, погода возрадовалась, и буквально каждая травинка устремилась к мировому лидерству, и даже горнолыжный сезон теперь начинается на две недели раньше.

Как на всё это можно смотреть без содрогания, я не знаю.
Конечно же, для любого здравомыслящего человека в этот день было очевидно, что этот малочисленный междусобойчик даже отдаленно не напоминает праздничное открытие на популярном курорте – лидере страны.
Однако, как мы знаем, в Кузбассе из любых провалов и неудач способны сделать исключительно верные орг.выводы – что всё прошло на самом наивысшем уровне и был бешенный успех. И остаётся только повторить.
Что ж, продолжайте в том же духе. Только не нойте весной, что налогов еще меньше собрали чем в прошлом году.

Так что я в очередной раз поберег свои нервы и с помощью канала Евроспорт перенесся в финский Леви -  туда, где знают, что такое горнолыжный отдых, где отдыхающих ценят и уважают и где на сохраненном с прошлой зимы! в специальных хранилищах, снегу, проводился вчера этап кубка мира по горным лыжам. Там не было ни диких идей, ни фальшивых улыбок, ни натужной радости, ни чиновников в качестве главных действующих лиц, а был самый настоящий спортивный праздник.

А в Шерегеш на открытие традиционно пришло говно. В прошлом году на открытии оно вылезло из-под земли прямо под ноги чиновникам, а в этом году устремилось бурной рекой в ручей. Говну не объянишь, что вокруг праздник и что оно находится посреди лучшего курорта России, стремящегося к мировому лидерству и поэтому нужно соответствовать.
Говну просто нужно куда-то стекать.
И оно течет, злорадно воняя прямо на въезде на территорию комплекса, ехидно посмеиваясь над высокопарными речами чиновников.
Так что одной из обязанностей работников уже несколько лет является - объяснять туристам, почему у "парадных ворот"  лучшего курорта страны воняет говном.
Такая вот самобытность.

(no subject)



Не хочу начинать материал словами «бомба!» «читать всем!», хотя для любой цивилизованной страны это именно оно. Бомба и читать всем. Но у нас это рядовая, будничная история, повествующая о технологии узурпации власти, ничего особенного.
Итак, я откликнулся на инициативу общественной организации «Голос» и неожиданно оказался в уже успевшей стать пивычной, стихии.
Для видеонаблюдения мне достался напичканный известными лицами участок №1411, расположенный во дворце спорта «Кристалл», г. Таштагол, Кемеровская область.


Тут должны поползи титры. В ролях:
Варламенко Роза Александровна – председатель избирательной комиссии (по совместительству - директор дворца спорта, где происходит действо)
Медведева Галина – заместитель председателя (по совместительству - работник администрации и моя соседка по подъезду)
Орлов Андрей – смотрящий (заместитель Главы Таштагольского района по жилищно-коммунальному хозяйству)
Буйнов Вячеслав – член комиссии (директор Губернского центра горных лыж и сноуборда)
Путинцев Алексей – глава Таштагольского городского поселения.
А, так же, другие известные лица, в составе которых еще одна заместитель главы района, начальник отдела городской администрации, председатель ТИК, работник администрации в качестве наблюдателя, работники дворца спорта в качестве членов комиссии и другие.


Сцена 1-я.  «День как день».

7:55. В помещении для голосования появляется глава города, Алексей Путинцев.
Ну появляется и появляется. Мало ли где разгуливает глава города воскресным утром в день выборов. В этот день, вот, пришел на избирательный участок до его открытия. Может быть, соскучился по общению с председателем комиссии, для разговора с которой на пару минут удалился в укромное место. Может быть, чувствует бремя ответственности за будущее страны. Неравнодушный человек. В любом случае – если на участке, до его открытия, появляется глава города – наверняка должно случиться что-то интересное. И оно случилось.

7:56. В помещение врываются избиратели. Они очень хотят проголосовать. Но еще нельзя. Но они хотят. Председатель машет рукой – С праздником! Проходите! – приглашает она. Выборы начались.

На участке находится три полицейских, еще трое, в ком можно опознать наблюдателей, члены комиссии в составе 13 человек, шестеро из которых занимаются выдачей бюллетеней, а остальные куют сокрушительную победу Путину.

9:01. В помещении появляется высокий чин в папахе. Все полицейские бегут к нему.

10:45. Проголосовать пришла заместитель главы Таштагольского района по общим вопросам, Татьяна Бучевская, со свитой. Она же появится в составе большой группы, которая ворвется под утро на мой участок, где я в эту ночь предотвратил грубейшую фальсификацию.
До обеда люди прибывают количеством примерно 100 человек в час. До 12 часов в урну опущено 444 бюллетеня. Признаюсь, работать видео наблюдателем куда приятнее и комфортнее, чем делать это на участке. Я хожу в туалет когда захочу, пью кофе, кушаю и часто смеюсь и ужасаюсь одновременно. И всё время вспоминаю, как мне было в тот день на своем участке. Я не хочу это повторять. Но никуда не денешься. Надо.

13:26. На участке нет ни одного наблюдателя. Кто-то один из них на короткие мгновения появляется и вновь исчезает. Это длится около часа.
Никто не делает вбросов, хотя это самое благоприятное для этого время. Вбросы не нужны. В Кузбассе выборы не имеют никакого отношения к тому, что находится в ящиках для голосования. Все члены комиссии это хорошо знают, поэтому такими глупостями как вбросы, никто заниматься не станет.

С 12 до 14 часов приходит еще 218 человек.
Среди незанятых выдачей бюллетеней членов комиссии, большой ажиотаж. Они пробегают за этот день не меньше футболистов во время ответственного матча.
Фальсификация – весьма трудозатратное мероприятие. Изменение одной цифры по цепочке влечет за собой необходимость корректировки всех других позиций итогового протокола и подгонки множества бумаг.
Профессиональные фальсификаторы должны как можно раньше определить для себя цифры, которые они впишут в протокол. Во-первых, никому не хочется задерживаться допоздна, а во-вторых, задержки выглядят подозрительно, так как честный подсчет голосов не требует много времени, достаточно часа. Поэтому, в течение дня фальсификаторы трудятся как пчёлки. На бумажки и тетрадки в их руках тяжело смотреть. Кажется, что в них, к концу, дня протрутся дыры.
Главное действие происходит в глубине дворца спорта, куда постоянно вбегает множество людей. И тех, которые работают в комиссии, и тех, которые приходят с улицы. Иногда там накапливается до 10 человек. Именно там святое святых, где формируется дар верховному вождю. Всё, что происходит в эти часы в помещении для голосования, не имеет ровным счетом никакого значения.
Честные выборы не требуют никаких лишних движений. Никакой лишней суеты. То, что вместо выборов устраивает кузбасское начальство – выглядит сумасшедшим домом. Суета, беготня, бесконечные перелистывания, пересчитывания, перешептывания, записочки, черновички и густо намазанная нервозностью атмосфера. На ускоренном просмотре это всё выглядит полным безумием.

15:43. Потайную комнату покидает председатель ТИК.
Я вдруг осознаю, что творилось в потайной комнате моего участка. Остается только гадать, какого калибра птицы прилетали в тот день в нашу школу, из которой несло жареным на весь район.

16:29 Председатель собирает какие-то сведения из книг избирателей.
Начинается ажиотаж на столах выдачи бюллетеней, который нарастает.

17:42 Происходит быстрое заполнение книг избирателей. Молодые девочки, вынырнувшие из тайной комнаты, диктуют паспортные данные, члены комиссии вносят записи в книги избирателей и подкладывают их соседке для росписи, чтобы не было совпадения почерка. Звучит подходящее музыкальное сопровождение, Чайф поет песню «Рок-н-Ролл этой ночью». Записей нужно сделать очень много, члены комиссии торопятся. Их не смущает даже появление редких на этот момент избирателей.

18:13 Проставление подписей в книгах избирателей продолжается.
Люди приходят редко. С 14 часов до закрытия участка приходит всего 233 человека.
Итоговая явка проголосовавших в помещении составила в этот день - 895 человек.
В официальном протоколе появится число 1432. Таким образом, Путин уже заработал непосильным трудом 537 голосов. Но самое интересное впереди.


Сцена 2-я. «Город засыпает, просыпается мафия».

Незадолго до закрытия участка появляется молодой человек, он предъявляет комиссии какую-то бумагу и по дальнейшим событиям становится ясно, что это наблюдатель из стана врага.
Председатель пытается остудить его пыл и очерчивает границы, за которые тому не следует заходить. Появление постороннего путает карты, но профессионалов трудно чем-либо смутить.

20:00. Голосование прекращено и начинается, так называемый, подсчет.
По версии комиссии, число неиспользованных бюллетеней составляет всего 79 из 1550 штук.
Общее количество внесенных в списки избирателей на этом участке – 1517.
Проголосовали почти все. Свыше пятисот из них проголосовали даже не зная об этом.
Из ящиков для переносного голосования извлечено 39 бюллетеней.
На столы вываливаются бюллетени из стационарного ящика. В Таштаголе, почему-то, они непрозрачные. Черные, как и сами выборы.
Никто не считает и не объявляет количество записей в книгах избирателей. Этап попросту пропущен.

Начинается сортировка. Это всегда хаос. Звучат фамилии кандидатов. Вряд ли их называют из каких-то теплых к ним чувств – скорее всего, члены комиссии обнаруживают в стопке принадлежащие им голоса. Чаще других звучит Жириновский. Изредка слышны фамилии других кандидатов. Того, кого бы не назвали - не нашлось. Грудинин и Путин табуированы. Если слово Грудинин и прозвучало несмело несколько раз, то слово Путин не звучит вовсе.
Заместитель главы района и директор губернского центра горных лыж и сноуборда включают видеозапись на телефонах и…снимают происходящее? Конечно же нет! Они снимают с двух сторон незваного наблюдателя. Иногда почти в упор. Непрерывно в течение, минимум, часа, пока он не ушел.
По окончании сортировки случается невероятное – члены комиссии незамедлительно начинают совать пачки с бюллетенями в пакеты для мусора и обматывать их скотчем.

Я бы назвал это скотчной вечеринкой. Или скотской, кому как нравится.
Шуршат пакеты, рычит скотч, подсчет окончен.
Не беда, что он так и не начинался.
Кому он нужен? Если это не нужно избирателям, зачем члены комиссии будут, вдруг, утруждать себя? У них другие планы на этот вечер. И на следующий год. И на следующие 6 лет. Эти планы не должны зависеть от выборов. Жизнь сводится для них к прозаичной схеме. Они начальству – взятку голосами. Начальство им – лояльность и крошки со стола.
Где-то в этой понятной рабочей схеме, как в невесомости, болтается рядовой избиратель, на которого всем наплевать.

Все, от кого что-то зависит, удаляются в тайную комнату, остальные разбирают реквизит, маются, полицейский отбивает надувной шарик металлодетектором как ракеткой. С другой стороны импровизированной спортивной площадки, беспечная и счастливая член комиссии, она отбивает рукой.

21:31 Председатель выходит из тайной комнаты с черновиком и приступает к заполнению увеличенной копии итогового протокола. Цифры в него заносятся молча, рядом стоят несколько любопытных, из тех, кто не нашли чем себя развлечь.

Протокол заполнен – звучит команда всё привести в соответствие с протоколом.
Вот так, ребята. Мы то думали, что это протокол должен приводиться в соответствие с результатами. Не тут-то было. Путин-team считает по-другому.
Ранее перемотанные скотчем пачки вскрываются и около 40 минут творится какое-то волшебство, призванное обеспечить для всех хорошее настроение. Всё это происходит под надрывные песни Высоцкого.

В деле активнее других участвует наблюдатель из администрации, которая весь день проскучала. Ей по закону запрещено прикасаться к бюллетеням, но разве может смутить кого-либо столь несущественный нюанс? В определенный момент она вообще остается единственной, кто занят этим процессом.
Наконец, дело сделано, всё уложено в коробку, которая закрывается, и председатель комиссии пинает её ногой в сторону полицейских, бросив в их сторону – охраняйте!

На часах 22:26. Коробка сиротливо стоит посреди помещения.
В 22:30 из потайной комнаты выходит заместитель Главы Района. Он берет коробку и уносит её из-под камер в логово фальсификаторов.
В 22:52 все последние манипуляции с коробкой завершены и она вновь появляется в зоне видимости, председатель собирает всех сообщников в зале, произносит короткую заключительную речь, в которой нет ни энтузиазма, никакого праздника, ведь все всё понимают – все только что поучаствовали в гнусном, грязном, недостойном, отвратительном преступлении и было бы глупо демонстрировать какую-то показную радость по этому поводу.


Сцена 3-я, заключительная. «Этот день они приближали как могли».

Ну а теперь самое время для аналитики.
Творческие муки данного коллектива произвели на свет следующий итоговый протокол:
Общее число избирателей 1517
Проголосовало в помещении 1432 (настоящая явка – 895)
Проголосовало вне помещения 39

Голоса распределились следующим образом:
Бабурин – 0
Сурайкин – 0
Собчак – 0
Титов – 0
Явлинский – 0
Жириновский – 37 (2,5%)
Грудинин – 36 (2,4%)
Путин – 1398 (95%)

Да, да, вы не ослышались. Путин на этом участке не только внес на свой счет 537 не проголосовавших голосов, но и украл подчистую все голоса мелких кандидатов.
И не будь Путин Путиным, если бы он не отщипнул у двух своих ближайших конкурентов, Грудинина и Жириновского, которые, впрочем, совсем не против, еще сотни три, принадлежащих им голосов.

Устроителям выборов плевать на избирателя. Совершенно. Избиратель думает, что он совершает волеизъявление, а на него в этот момент совершает калоизвержение.
Я видел, как выборы фальсифицируют учителя, врачи, работники администрации. Естественно, с непосредственным участием полицейских. Теперь я увидел, как в эту дружную компанию влились спортивные начальники.
Я стал думать. Это же сколько суммарной энергии тратится в нашей стране на вранье, фальсификации, мутные схемы, низкопоклонство, на все эти кривые пути. Сколько времени! Сколько сил! Огромные ресурсы.
Не может идти и речи о развитии страны, если все её силы вышвыриваются в черную дыру нечестия и мифотворчества.
Что если бы мы могли начать созидать вместо бесконечного вранья и бескрайнего идиотизма, которым с упоением готовы заниматься день и ночь?
Конечно же, это была бы самая сильная и прекрасная страна на земле, откажись мы всего лишь от одного единственного – творить неправду.

И в заключение некоторые аналитические данные, проливающие свет на действительность.
На этом участке фиктивная явка составила 96,9%. Реальная – 61,5%
С учетом того, что электоральные предпочтения на небольшой территории примерно равны, а зафиксированные мной при очном наблюдении результаты позволяют сделать вывод о том, что суммарный процент всех путинских конкурентов на прошедших выборах в нашем районе составил примерно 30%, то из 934 реально проголосовавших на участке №1411, у Путина должно быть примерно 654 голоса. При 1398 официальных.

То есть, конкретно на этом участке Путину пририсовали приблизительно 744 голоса.

На моем участке Путин набрал 37% голосов от числа зарегистрированных избирателей.
С учетом моих предположений, относительно масштабов воровства у других кандидатов, на этом участке Путин набрал бы 43% от общего числа зарегистрированных на участке избирателей.

Это к вопросу о том, зачем на выборах так неистово натягивают явку.
Если при всей пропагандистской истерии на участок, для поддержки Путина, приходит лишь каждый третий – это весьма скромный показатель, способный, практически уничтожить дутый рейтинг главного лжеца.

Ну а относительно района, в котором у нас 37700 избирателей, ситуация выглядит следующим образом:
В среднем на каждом участке Путину было приписано минимум 600 голосов. (400-500 за счет неиспользованных бюллетеней и 100-200 украденных у других кандидатов).
Всё беру по минимуму.
Умножив это число на 44 избирательных участка, мы получаем 26400 фиктивных голоса на весь район.
Считать ли весь этот ужас и чудовищную вакханалию выборами – решать вам.
А я продолжаю со своей стороны призывать вас присоединяться ко мне в движении за честные выборы, потому что это единственный способ достичь изменений нереволюционным путем.

О конкуренции среди кандидатов (дневник кандидата)



Этот выпуск дневника кандидата посвящен теме конкуренции на выборах муниципальных депутатов.

Из американских фильмов мы знаем, какой накал борьбы сопровождает выборы. Как отчаянно борются между собой кандидаты и один неверный шаг в этой борьбе может привести к проигрышу.
Наши выборы намного прозаичнее – это набранные способом вербовки из числа абсолютно покорных системе, кандидаты, которые на муниципальном уровне вообще не участвуют ни в какой предвыборной борьбе, а живут своей спокойной размеренной жизнью, посвященной личным заботам. Им нет совершенно никакой необходимости вникать в выборные процессы – всю формальную работу за них делают специальные люди и, собственно – избирательные комиссии, которые, по закону, обязаны сохранять нейтралитет, а по факту – являются подразделением структуры власти, задачей которого является обеспечение необходимых для неё процентов.

На примере моего района я объясню, как выглядит типичная для всей России конкуренция кандидатов на муниципальных выборах.
Наш район, в котором числится 37700 избирателей, разделён на 10 избирательных округов.
Для обеспечения гарантированного большинства в составе совета депутатов, власти издали закон, согласно которому половина совета избирается по партийным спискам, а вторая половина заполняется кандидатами, выдвинутыми по одномандатных округам.

Итак: партии формируют свои списки, где располагают своих кандидатов по степени значимости.
Избиратель получит на руки два бюллетеня, в одном из которых он должен будет проголосовать за партию и, как следствие – за весь её партийный список, а во втором он поставит галочку за кандидата по своему одномандатному округу, в который входит его избирательный участок.

А теперь самое интересное.
Партийные списки формируются как правило, парламентскими фракциями, которые уже давно представляют собой одну правящую партию с несколькими филиалами. Между ними нет никакой реальной борьбы. Даже если вы и становитесь свидетелем того, как представители фракций проявляют видимое несогласие и критикуют друг друга – это всего лишь театральные действия, не оказывающие ни малейшего влияния на окончательные результаты принимаемых решений.
Выжженный политический ландшафт привел к тому, что ни одна непровластная партия не способна сформировать свой список кандидатов на муниципальные выборы, а если даже она сделает это – она не получит необходимое количество процентов, чтобы обеспечить прохождение даже первого номера своего списка.

Так как муниципальные выборы имеют очень низкий электоральный интерес – по моим оценкам от 20 до 40% в зависимости от местности – у комиссий на руках остается чудовищное число неиспользованных бюллетеней, которые сразу же пойдут в ход, если реальные результаты голосования дадут расхождение с заранее определёнными целями.
При этом, единственная партия, которая имеет потенциал мобилизовать свой электорат для участия в голосовании – всё та же Единая Россия.

С учетом этих условий, давайте оценим шансы партий, выставивших свои партийные списки.
У Справедливой России и ЛДПР на муниципальных выборах  в моём районе нет никаких шансов набрать больше 10%, а это значит, что ни один кандидат из их партийного списка не пройдет.
КПРФ может набрать 20% и чуть больше, это значит, что первые два номера списка могут пройти в окончательный состав.
Но это в случае, если не будут произведены фальсификации, а они будут.
Но даже если не прибегать к фальсификациям, первыми номерами от КПРФ в списках будут стоять максимально удобные для власти люди – такую уж мы получили с вами систему.
В результате, из 20 депутатов мы уже получаем 10 депутатов-единороссов, или 9 единороссов и 1 коммуниста с сердцем пламенного единоросса.

Остаются еще 10 вакансий, заполняемых кандидатами – одномандатниками.
Здесь с конкуренцией дела обстоят еще хуже.
Открываем список заявленных кандидатов и видим удручающую картину, ярко свидетельствующую о том, что вера в честные выборы у народа искоренена - никто из независимых кандидатов не выдвинут (кроме меня).
На избрание в десяти округах претендуют 10 единороссов, большинство из которых уже давно сидят в депутатах.
И они так и остались бы единственными претендентами на депутатские мандаты, если бы закон не предписывал, что выборы – это, как-никак, выбор хотя бы между двумя кандидатами.
Поэтому, чтобы соблюсти эту формальность, власти выдвигают против своих назначенцев... кого бы вы думали? 10 фиктивных кандидатов от ЛДПР!

Почему ЛДПР? Потому что у коммуниста есть призрачные шансы победить и придется тратить усилия на фальсификацию результата. А у ЛДПРовца шансов победить единоросса изначально – никаких.
Изучение кандидатов от ЛДПР дает нам следующую картину – это совершенно никому неизвестные молодые люди, средний возраст которых – 33 года. В их числе почтальон, домохозяйка, машинист вибропогрузочной установки, слесарь…, ну вы поняли.
А вот кандидаты от правящей партии – сплошь известные при должностях товарищи, с солидным опытом, средний возраст которых – 49 лет.
И единственным округом, где эта идиллическая картинка нарушена, является округ №2 – тот самый, на котором я выставил свою кандидатуру. На нем, к паре маститый единоросс – фейковый лдпровец, добавлен я. Но, пока еще неизвестно – буду ли я зарегистрирован.
Так что, по одномандатным округам в результате район получит еще 10 депутатов – представителей действующей власти.

В конечном итоге, совет народных депутатов будет состоять из 20 представителей действующей власти, которым не нужно было даже пальцем шевелить, чтобы стать депутатами.

Вот и вся конкуренция.

Если вас устраивает текущее положение вещей – можете и дальше наблюдать за всем этим со стороны.
Только тогда, во имя здравого смысла, никогда не проявляйте недовольств состоянием дел в стране.

До следующих встреч!

Немного о равноправии кандидатов (дневник кандидата).



Никто вам не расскажет про поднаготную выборов лучше меня. Так что следите за моими публикациями о выборах, если хотите перемен.
Мы же все хотим перемен, правда?
Но перемены возможны только двумя путями.
1 Революционный
2 Через выборы.
К революционному пути никто из нас не готов.
Остаются выборы. А в выборах разбираться почти никто не хочет. К выборам у нас большинство относится как справлению нужды: сходил бросил в урну бумажку – если приспичило, прошел мимо – если нет.

Сегодня на простом примере расскажу кое-что о "равных правах и возможностях" для кандидатов.

По закону, все траты кандидата на избирательную компанию должны быть сделаны со специального избирательного счета.
Даже если кандидат не планирует производство и распространение о себе каких-либо материалов, ему необходимо собрать определенное количество подписей на подписных листах, печать которых должна быть оплачена через избирательный счет.
В моем случае – это 0,5% от числа избирателей моего округа, то есть - 20 подписей, которые помещаются на 7 обычных листах формата а4.

Итак, понеслась!
Сначала вам нужно получить в ТИКе разрешение на открытие счета.
Это совершенно формальная процедура, в результате которой ты получаешь на руки бумажку, где сказано что:
1 Комиссия разрешила открыть тебе счет
2 Выдала тебе это решение
Как я не напрягал мозг, у меня не получилось понять смысл этого действия. Почему открытие счета не носит уведомительный характер для меня осталось большой загадкой. Член комиссии тоже не смогла разрешить моё недоумение по этому поводу.

На получение этого разрешения у меня ушло 2,5 часа. Член комиссии не знала, как в моем случае должно выглядеть это разрешение, так как впервые в жизни увидела перед собой независимого кандидата – до этого ей доводилось выдавать такие разрешения только финансовому уполномоченному думских фракций, который бегает за наши с вами деньги, производя за  кандидатов от власти всю работу.

За эти 2,5 часа пришлось сделать с десяток звонков, еще раз сходить в банк и совместно попечалиться там с сотрудником банка, а когда, наконец, из комиссии сообщили о готовности этого разрешения – рабочий день был закончен.

Разрешение, кстати, предписывает открытие избирательного счета исключительно в Сбербанке – не правда ли интересно?

На следующий день я принес разрешение, инн и паспорт в банк. Мне предложили подождать около 40 минут, пока будет открываться счет.
За это время я съездил в единственную, которую знаю, фирму, где сообщил, что мне нужно напечатать 10 листков с обязательной оплатой через счет.
Мне ответили, что стоить это будет 50 рублей, а работа будет выполнена после предоплаты, которая будет зачислена в течение 3 рабочих дней.
Я возразил, что это неприемлемо, так как через 3 рабочих дня иссякнет срок подачи документов для регистрации и мы, вроде бы, договорились.

Потом я поехал в банк забирать договор на открытие счета и внес на него тысячу рублей. Это длилось около получаса.
Потом я поехал в фирму, отдал реквизиты счета и макет, и оформил бумаги для оплаты печати подписных листов.
Затем я поехал в банк, где два раза мне меняли специалиста для оплаты счета.

Итого: у меня ушла в общей сложности половина рабочего дня, только лишь для того, чтобы в моих руках оказались 10 листов обычной бумаги на сумму 50 рублей!
А на фото вы видите количество бумаг, которые пришлось оформить для достижения этого потрясающего результата.

А вот кандидатам от власти подписи для выдвижения по закону собирать не нужно. Они живут себе спокойно и в ус не дуют – они не только освобождены от многих бюрократических процедур, но и те, которые необходимы – совершаются специальными людьми, а обеспечением их конечной победы занимается государственный аппарат на наши с вами деньги, нарушая любую норму и любой пункт избирательного законодательства, если это необходимо

Так что равноправие кандидатов – это сказка. Нет никакого равноправия.
Кандидат не от власти опутан по рукам и ногам бюрократической паутиной, на распутывание которой уходит масса времени и сил, а малейшее неосторожное движение может привести к отказу в регистрации или снятию с выборов.

Следите за следующими публикациями. если вы, конечно, в конечном итоге, хотите иметь выборы, а не чтобы "выборы" имели вас.

Если они умолкнут, то камни возопиют



Люди, идущие против мощной, натренированной, закалённой, закосневшей в беззаконии, системы.
Кто они? Почему, будучи, пылинкой в сравнении с огромным механизмом государственного аппарата, они решаются на это противостояние?
Что это? Авантюризм? Адреналиновое голодание? Может быть безумство? Или нечто более важное, глубокое, сложно объяснимое?
Что, если это нечто сокрытое гораздо глубже, нежели все рациональные причины и возможные объяснения, что-то, истоком чего служит малоисследованное, неизвестного происхождения, стремление человека к истине и правде?
Моего собеседника сложно заподозрить в корыстных мотивах. Рядом со мной сидит сухощавый, истощенный тяжелыми болезнями старик по возрасту, но, по производимому впечатлению - удивительно юный душой, человек, тело которого, кажется состарилось слишком рано.
Ему 77 лет. Я знаю о нём только лишь то, что на протяжении нескольких последних лет он, безо всякой поддержки со стороны, пытается бороться с фальсификациями выборов там, где фальсификация полностью заменила собой сами выборы.


- Виктор Васильевич, с какого года вы занимаетесь работой, связанной с выборами, с контролем за выборами и всем, что с этим связано?

- У меня получаются рваные отрезки по времени. В 92-93 году на Алтае я помогал известному политику краевого масштаба. В то время он собрал большую группу активистов, до 300 человек, выставился в краевые депутаты, дошел до этого уровня, потом баллотировался в губернаторы Алтайского края, набрал 5% голосов, потом получил второе высшее образование и успешно двинулся по карьерной лестнице как и многие в то время, а в настоящее время занимает крупный пост при министерстве экономики России, совершенно забыв тех, кто его активно продвигал наверх.


- Когда вы впервые поучаствовали в выборах на территории Таштагольского района?

- В 2011 году в качестве члена избирательной комиссии. В Таштаголе я был членом избирательной комиссии три раза.


- Когда вы впервые начали свою деятельность в качестве члена избирательной комиссии, какие у вас были побудительные мотивы, что сподвигло вас заниматься этим?

- Я всегда считал, что России нужно равняться на все цивилизованные страны. Если мы будем сопрягать схему политического управления с экономическими процессами и с этой точки зрения сравнивать все страны мира, то напрашивается один совершенно определенный и не подлежащий никакому сомнению, вывод: на сегодняшний день, все страны с парламентской системой управления успешно развивают свою экономику и нет ни одной высокотехнологичной страны в мире, которая имеет тоталитарную систему управления. Абсолютно все страны, входящие в ряд высокотехнологичных держав, имеют парламентскую систему управления, и я убежден, что у России есть шанс быстро продвинуться вперед и буквально за десять лет, если не войти в ряд высокотехнологичных держав, то стать кандидатом на вхождение в их число. Но, чтобы продвинуться в этом направлении, нужно запустить политические процессы в таком направлении, чтобы все важнейшие для страны вопросы решал не единолично один человек, или несколько человек, а парламент. Это коллективный разум. Самый гениальный диктатор уступит по своему интеллекту коллективному разуму парламента – это одна из основополагающих причин, почему высокотехнологичные страны вырвались вперед по сравнению с другими.


- Для человека вашего поколения нетипично проявлять присущую вам активность. Обычно люди на восьмом десятке редко занимают гражданскую, политическую позицию, все занимаются своими повседневными заботами, нянчат внуков. Почему ваша позиция подвигает вас к активным действиям и участию в том, в чем не хотят принимать участия гораздо более молодые люди?

- Я имею высшее техническое образование и всю жизнь проработал на живом производстве в основном – в качестве рядового инженера. А когда  человек находится на такой работе, он видит все реальные проблемы изнутри и, связывая это с событиями в мире, я пришел к выводу, что Россия сейчас находится в трудном положении и если она не сделает экономический рывок в ближайшие 5-7 лет, то она станет сырьевой ямой для всех высокотехнологичных стран и выбраться из этой ямы уже не будет никакого шанса, поэтому всем мыслящим людям нужно активизироваться, включить мозги и каждый должен приложить усилия, чтобы внести свою лепту, чтобы этот рывок состоялся. А чтобы это произошло, необходимо полноценное, эффективное управление экономикой на всех уровнях, начиная от поселка, района, области, до центрального управления в Москве.


- Чувствуется ваша озабоченность будущим страны. Но каким образом вы связываете эти желаемые изменения, о которых вы говорите, с выборным процессом? Как вам удалось рассмотреть взаимосвязь между будущими переменами и выборами и насколько она реальна?

- При существующей системе выборов, а точнее – псевдовыборов, наверх проходят люди не те, которые, по объективным соображениям, должны занимать соответствующие посты на всех уровнях, а те, которые угодны вышестоящим структурам власти. Если руководитель угоден вышестоящей структуре, значит он пройдет, несмотря на свои профессиональные качества: на их отсутствие или недостаточность, а если будет безотказно действовать система честных выборов, то создается объективная предпосылка для того, чтобы все посты занимали профессиональные люди.


- Откуда у вас надежда на то, что ваши скромные, одиночные усилия способны оказать влияние на изменение этой системной проблемы?

-Думаю, что основная ставка должна быть на молодёжь. С молодёжью должны интенсивно работать политические активисты, чтобы пробудить у ней политическую активность. Это – залог для будущих успехов по направлениям, о которых мы говорим. У нас очень много высокоразвитой молодежи до сих пор, несмотря на утечку молодых умов из России.

-Давайте поговорим о самих выборах. С того момента, как вы начали принимать в них активное участие, с чем вам пришлось столкнуться, как вы это всё увидели изнутри?

- Как правило, на всех избирательных участках председателю комиссии и всем членам от правящей партии даётся установка – любыми способами добиться показателей, которые спускаются избирательным комиссиям вышестоящими комиссиями. Ставится задача, чтобы кандидаты от Единой России обязательно получили абсолютное большинство, несмотря на то, что это противоречит всем статьям избирательного законодательства, которое растаптывается во имя того, чтобы добиться запрашиваемых сверху результатов. Члены избирательных комиссий от правящей партии идут на любые нарушения. В ход идут мелкий подкуп, угрозы, провокации, и что вызывает особое недоумение, горесть и возмущение – полиция, которая во всех странах строго следит за соблюдением выборного законодательства, в России занимает нейтралитет, представляя собой какой-то памятник с завязанными глазами. На просьбы со стороны наблюдателей пресечь совершаемые преступления, полицейские говорят – нас это не касается, а в некоторых случаях, как я испытал на себе, они становятся в одну шеренгу с нарушителями, помогая им фальсифицировать выборы.


- Правильно ли я понимаю, что в случае обнаружения нарушений и попыток пресечь эти нарушения, со стороны государственных служб вы не находите никакой поддержки? В лице государства вы не находите союзника в том, чтобы отстоять честность и справедливость результатов выборов?

- Сколько я участвую в выборах, самые честные полицейские занимают нейтральную позицию. А чтобы они пресекли грубейшие нарушения и всю эту уголовную вакханалию во время избирательного дня – я такого случая не знаю.


- Вы сталкивались с разными нарушениями и их последствиями. Какой наивысший ранг государственного служащего, с которым вам приходилось столкнуться в процессе разбирательств с нарушениями?

- Происходило жесткое противостояние в 2011 году во время думских выборов  и в 2012 году во время президентских выборов – когда я один в очень твердой форме препятствовал фальсификации. В лагерь Единой России перешел даже сотрудничавший со мной наблюдатель и я остался абсолютно один. На два часа меня отстранили от обязанностей члена избирательной комиссии и выборы не были сорваны и фальсифицированы только благодаря вмешательству секретаря областной фракции КПРФ, за один час до окончания выборов я был восстановлен и по итоговому протоколу получил вполне удовлетворительный результат, несмотря на то, что запугивать и не мешать уголовному произволу меня пытался заставить специально приехавший начальник районной полиции с бригадой своих сотрудников. Вместо того, чтобы пресечь уголовные действия членов комиссии, он помогал им в противозаконных махинациях.


- Что бы вы могли пожелать людям, которые присматриваются со стороны к выборам, понимая, что не всё в порядке с выборной системой в России и колеблются в отношении того, какое они могли бы принять участие в этом процессе?

- Примерно половина избирателей у нас в районе – это политически пассивные люди. В первую очередь я обращаюсь к ним – придите и проголосуйте. Когда вы не ходите на выборы, в какой-то степени вы облегчаете фальсификации сторонникам правящей партии. Если вы распорядитесь своим голосом как вы считаете нужным, им становится труднее совершать противозаконные махинации. И задумайтесь о будущем. Если не о своем, то, хотя бы о будущем своих детей и внуков. Если избирательная система будет работать в законном русле, соответственно все процессы: политические, экономические – приблизятся к оптимальной форме управления, а это, в свою очередь, повлияет на эффективное развитие страны по всем направлениям, что является залогом счастливого будущего ваших детей и внуков.


- Последний вопрос. Вам 77 лет. Планируете ли вы принимать активное участие и в следующих выборах, которые пройдут в Кузбассе 9 сентября, а возможно, так же – в выборах 2024 года?

- Осенью я собираюсь принять участие в выборах и призываю всех неравнодушных, в первую очередь, людей – проситься наблюдателями на избирательные участки. Политически активный человек, который настроен на то, чтобы выборы проходили честно, должен прийти, я считаю, к представителю любой политической партии и сообщить о своем намерении поучаствовать в качестве наблюдателя, чтобы в какой-то степени гарантировать честность и законность выборов. Не словом, а делом работать в этом статусе во время избирательного дня. В 2024 году, если не членом комиссии, то наблюдателем, думаю, сил, поучаствовать, хватит.

РАКУРС ИМЕЕТ ЗНАЧЕНИЕ



ЭПИГРАФ

Им хорошо вместе. Власти и крупному бизнесу. Мы просто не входим в их планы. Ну так случилось.
У них деньги, у них идеи, у них планы, у них жизнь, в конце концов, а мы для них – препятствие, помеха под ногами, пыль, которую можно сдуть со своего пути.
Для коррумпированного, равнодушного к нуждам и потребностям людей, государства, домик кума Тыквы становится камнем преткновения.
Всё прекрасно в моделируемой ими реальности – за исключением простого человека, который, наглец и паскуда, тоже что-то там хочет. Подает голос из-за плинтуса.


ЕЩЁ ОДИН №1

Собравшиеся в конференц-зале гостиницы Ольга для ознакомительной встречи с ВРИО губернатора С.Е. Цивилевым, руководители организаций, работники администрации, собственники предприятий, ждали появления начальника два с половиной часа.
Надо отдать должное – извинение за опоздание прозвучало. За ним последовало вступительное слово, которое увенчалось поручением сделать Шерегеш курортом №1 в мире.
Да, вы не ослышались. №1 в мире!
Громкие заявления, прозвучавшие в других местах о строительстве больниц, школ, аэропортов, о выводе региона в лидеры за Уралом, в свете этого поручения, несколько поблекли и покрылись налетом сомнений.
То ли у Сергея Евгеньевича весьма самобытное понимание того, что такое №1, то ли весьма призрачное, чрезмерно искаженное представление о том, что такое ведущие мировые горнолыжные курорты.
А может быть, сказывается пыл, по сути, начавшейся предвыборной компании, в ходе которой достоверность, правдивость и адекватность отходят на второй план.

Неизвестно, что на самом деле послужило причиной очередного громкого заявления, но, как говорится: назвался груздем – полезай в кузов – задача поставлена амбициозная, для её достижения Шерегешу не хватает всего каких-то 200-300 км трасс, оснащенных системами искусственного оснежения (пока нет ни одной), около 60 высокопроизводительных, современных подъемников, большинство из которых – 6-8 местные, с подогревом, нужны протяженные нарядные улицы с живописными украшенными домами, роскошные рестораны, множество магазинов и бутиков, спортивные площадки, десятки километров обустроенных пешеходных маршрутов, велосипедных трасс, парковые зоны, множество мест для проведения досуга, экзотические развлечения и так далее, список очень длинный.
И всё это теперь необходимо сделать – поручение прозвучало.
Правда, нищее население сибирского региона рентабельность такому масштабному проекту обеспечить никогда не сможет, поэтому придется с надеждой устремить взгляд в сторону Китая. Но о китайцах позже – вопрос по ним на собрании тоже поднимался.


ФИЛЬМ, ФИЛЬМ ФИЛЬМ!

После вступительного слова, аудитории показали очередной фильм из серии – да ты чо! нифига себе как круто в Шерегеше!
Иногда возникает ощущение, что создание таких фильмов является главным вожделением чиновников. Сколько их было и сколько еще будет, но предпринимателей, местных жителей и туристов волнуют совершенно другие проблемы – то, что происходит в сфере туризма, они ощущают на собственной шкуре и хотелось бы, что проблемы решались в реальной жизни, а не на экране и в отчетах.
Далее, слово перешло к главе района. Он коротко рассказал историю курорта и сообщил, что после того, как была достигнута планка в 1 млн. туристов в сезон, теперь мы устанавливаем новую – 3 млн.
С учетом того, что 1 млн. – лживая, существующая исключительно в воображении чиновников, статистика, отметку в 3 млн. преодолеть будет не так уж и сложно – несколько липовых отчетов, еще больше лживых публикаций – и результат будет достигнут.
Напоминаю, для того, чтобы в Шерегеше побывал 1 млн. туристов за сезон, там должны проживать примерно 6666 туристов ежедневно. Каждый из 150 дней сезона.
Но в сезоне бывают дни, когда в поселке не более 300-400 туристов. И таких дней много. А дней, когда число отдыхающих превышает отметку 6666 – не так уж и много. От силы 5-6.
Одним из крупных собственников на собрании было озвучено, что номерной фонд на горе составляет примерно 3 тысячи, а в поселке и его окрестностях – 4 тысячи мест.
По версии администрации, гора и поселок забиты под завязку 150 дней сезона. Каждый день. Без исключения. И это, конечно же – грубая, жуткая, мерзкая ложь, но так как она уверенно распространяется уже несколько лет, все к ней попросту привыкли.
На одном дыхании тот же собственник сообщил, что туристический поток сокращается второй год подряд на 20%. Но никто не обратил внимания на то, почему по официальной статистике мы имеем ежегодный существенный рост, а бизнес констатирует существенный спад.
Но так как действительность давно проиграла схватку российским чиновникам, отныне правдой считается не то, что видят наши глаза и фиксируется реальными числами, а тот уровень наглости, который может позволить себе чиновник в порыве вранья.


ТОЛЬКО ПОЗИТИВ!

Ну а собрание тем, временем, продолжалось.
Постепенно стало понятно, что это – елейная встреча, где чиновники и олигархи собрались, чтобы хвалить друг друга и восхищаться собой. Возможность высказаться была только у них, а остальные присутствующие находились на встрече в качестве молчаливых декораций. О проблемах упоминалось вскользь, разговор сразу же переводился в позитивное русло, на тему – о сколько великого позади, но впереди - манящее светлое будущее и мы обязательно к нему придем.

Светлое будущее в последние годы было надежно узурпировано высоким начальством и несколькими олигархами – только им позволено о нём рассуждать и строить планы. Остальным людям отведена роль покорных наблюдателей, обслуживающих интересы властно-олигархической связки.
По ходу встречи Сергей Цивилев демонстрировал воодушевление и испытывал возбуждение только в те моменты, когда речь заходила о возможности представить грандиозные планы относительно Шерегеша на международном Азиатско-Тихоокеанском форуме, где, возможно…и даже наверняка - будет первое лицо Китая!
По ходу встречи Цивилев неоднократно напоминал разным людям, что времени у них очень мало и нужно презентацию составить как можно быстрее, и чтобы это была…тут он замешкался, подбирая подходящее слово...Бомба! – было найдено необходимое определение.
Так что, скоро ВРИ О отправится на международный саммит с бомбой в чемодане, чтобы шокировать представителей одной из крупнейших экономик мира сверхдостижениями в сибирской таёжной глуши и далеко идущими планами по захвату мирового лидерства.


ГЛАС НАРОДА

Тем временем, простые люди на собрании тоже были. И однажды глас народа даже прорезался с задних рядов – голос принадлежал небезызвестному Виталику, который уже много лет исполняет роль футбольного мяча – тот самый представитель малого бизнеса, до которого никому нет дела, который путается под ногами и всем мешает, который со своими 7-ю детьми уже плешь проел.
Но на самом деле, Виталик никому ничего не проел – он сам кормит сотни людей. Шашлыками.
Он является представителем династии шашлычников и в любой другой нормальной стране мира это был бы очень обеспеченный человек, у которого были бы удобные места на горе, красивые шашлычные, сытые и довольные жизнью дети.
Но в Шерегеше Виталик вынужден скитаться  – его постоянно кормят обещаниями, ему врут, гоняют с места на место, а он не сдается и пытается выжить.
И вот, ситуация дошла до критической, Виталика в очередной раз прогнали и в качестве последней надежды он решил во что бы то ни стало прорваться на встречу с губернатором, услышав о его планах посетить Шерегеш.
Возник сумбур, потому что никто реальные проблемы реальных людей в этот день решать настроен не был. Началось небольшое перекрикивание, в результате которого Виталик узнал, что 7 детей – не аргумент, а всё нужно делать по закону.
Но самым большим недоумением Виталика, как, впрочем, и многих других собравшихся, как раз-таки, и было непонимание – почему он не может ничего решить по закону? Почему закон сделал Виталика и ему подобных невидимыми, превратил в привидение, которое отовсюду гонят?
Почему закон четко и понятно прописывает права богатых, обеспечивает для них широкий зеленый коридор, гарантирует им богатство, славу, и сытую счастливую жизнь, а Виталика и ему подобных – в упор не видит? Что это за закон?

Тут очень кстати слово взял первый заместитель губернатора Чернов и убедительно доказал, что никто никому не враг, все совершенно равны перед законом, у всех абсолютно равные возможности и буквально каждый, кто готов вложить в Шерегеш не меньше пятидесяти миллионов и при этом создать 50 рабочих мест – ну вот вообще нет никакой разницы кто это будет…Прокудин ли, Ивушкин ли – уточнил первый зам список лиц с равными возможностями…не имеет значения кто это будет, хочет ли он построить канатку, гостиницу, прокат – мы берем его и сопровождаем, это занимает 2 месяца и он может начинать реализовывать свой проект.
Я сразу представил себе прокат за 50 миллионов, где работает 50 человек и понял, что областные законотворцы – гении.
Что в этот момент думал Виталик, я не знаю, но явно что-то нехорошее.
Вот такие равные возможности для всех – подытожил первый зам и они прописаны в специальном законе. Тут он по всей видимости заподозрил, что Виталик в отношении возможностей немного проигрывает Ивушкину и Прокудину и дальше начал что-то мямлить, что для небольших предпринимателей нужно тоже что-то там подумать… и что-то там решить.., может быть то…, а может быть это…

И было очевидно, что эти люди не видят малых предпринимателей. Мы для них не существуем. В принципе. Для нас нет ни законов, ни прав, ни места в градостроительных планах – ничего. Мы – несуществующая величина.
Почему для нескольких богачей всё продумано, всё решено, всё открыто нараспашку и горит зеленый свет, а для простых людей есть только блуждание по лабиринтам неопределённости и безысходности – мы прекрасно понимаем - мы не выбирали этих людей.
Первый зам громко заявлял об этом на площади перед собравшимися после страшной Кемеровской трагедии. Они – вертикаль. И работают на вертикаль, которая со всех сторон поддерживается олигархическими капиталами и поэтому в их планах, в их решениях, в их устремлениях нет места для простого человека.
И даже здесь вопрос Виталика был закрыт только после того, как один из олигархов пообещал ему на следующий сезон место, а представители власти в этот момент облегченно вздохнули.
Просто прочувствуйте пикантность этого момента. Местный потомственный житель, представитель ремесленной династии оказывается в положении зависимого от мимолетной милости пришлого на его родную землю, олигарха. Сегодня эта милость есть, а завтра? Ведь почему Виталик опять оказался на улице? Потому что иссякла милость предыдущего хозяина. И его опять всем миром заставляют наступить на те же грабли и власть видит в этом решение проблемы.
Это скотство, господа. Других определений таким раскладам я подобрать не могу.


В ГЕШЕ - БИТЬ!

Собственно, мне изначально не хотелось в подробностях описывать происходящее на собрании, но мои планы нарушило следующее выступление.
Именно оно спровоцировало меня написать подробное изложение. Вот что случилось:
Неожиданно слово перехватил глава района. Ничто не предвещало и не располагало к тому, что он произнес в своей пламенной речи.
Коротко, его речь состояла из эмоциональных упреков в адрес известных ему плохих людей, которые сливают информацию о проблемах топовым блогерам, а писать про проблемы нельзя, потому что люди могут прочитать и не поедут в Шерегеш, а это плохо и непонятно, «что с такими людьми делать – морду им бить что ли?» (конец цитаты)
Это было прекрасно. Не слушать людей, накапливать годами проблемы, не участвовать в их разрешении, а когда ситуация выходит из-под контроля и буквально говно начинает течь под ноги – давайте набьем морду тем, кто об этом напишет.
Замечательно! Это так здорово, что власть совсем перестала стесняться, что о её методах и принципах управления станет известно широкому кругу лиц! Набьем морду, да и всё. А что, в Москве бьют морду, в Питере бьют, в Красноярске бьют и мы набьем!
Блогерам.
Тех, по чьей вине всё сломано, сгнило, не работает, загрязнилось – не тронем, так как они наши богатые друзья и нас кормят.
А весь вред - от блогеров, которым не нравится дышать говном и ходить по говну – вот им морды и набьем.

Человек два месяца назад тотально сфальсифицировал выборы на сорок одном избирательном участке района, швыранул с выборами 37 тысяч жителей, которые ему доверяют.
Нисколько не сомневаюсь, что вместо раскаяния в содеянном, злоумышленник мечтает набить морду тем, которые сделали это преступление достоянием общественности.
И вот, кровожадность и ненависть к людям, не боящимся говорить правду, вновь прорывается наружу. Теперь бить морду блогерам.
Зал дружно подхватил смехом удачную шутку, хотя у всякого нормального человека такое высказывание из уст главы района ничего кроме омерзения вызвать не способно.
Сергей Цивилев не имел ничего против и добавил к словам главы, что недопустимо публиковать в СМИ недостоверные сведения.
Окно Овертона в этот момент незаметно сдвинулось, смешав в одну кучу тех, кто пишет недостоверную информацию и тех, кто говорит об очевидных фактах.
«Прямо сейчас они сидят и пишут здесь всякие гадости» – блеснул своей проницательностью глава.
С моей стороны было бы невежливо не оправдать эту его уверенность, поэтому я и принялся за описание всех тех гадостей, которые щедро позволяла себе власть в этот день.


КТО ЕСТЬ КТО

Собрание в какой-то момент начало напоминать балаган. Шутки, каламбуры. Первые ряды веселились, им было хорошо. На задних были недоумевающие лица и временами прорывался ропот. Но задние ряды были чужие на этом празднике жизни, шоу должно продолжаться, поэтому далее вставали один за другим олигархи, хвалили себя за самоотверженный труд и прекрасные, несущие добро миру, планы. Сетовали на свою нелегкую судьбу.
Прокудин сообщил доверчивому слушателю, что, если бы он захотел, он заплатил бы себе сейчас со своего угольного бизнеса такие дивиденды, которые превысили бы сумму прибыли, которую он получит с курорта за 150 лет. Но несмотря на тяжесть, он несет это нелегкое бремя, и мы все должны быть ему за это благодарны.

Я сидел и думал - что, если бы свидетелями происходящего стали бы какие-нибудь власти швейцарского кантона и собственники знаменитого на весь мир курорта?
Удалось бы им понять, если бы их не предупредили заранее, что в зале собраны региональные власти и владельцы курорта и что здесь в этот момент происходит собрание, посвященное его настоящему и будущему? Или они подумали бы, что находятся в плохом театре, где плохие актеры играют плохие роли?

По ходу собрания раз за разом звучало абсурдное заявление, что вот-вот, уже скоро, осталось ждать совсем чуть-чуть и свет увидит проект планировки и сразу всем станет ясно, что где можно строить, а что и где нельзя. И всем станет легче и небо станет голубее и развитие ускорится.
Первым рядам было всё понятно и ясно – проект планировки создается на их деньги с тщательной проработкой их дальнейших интересов.
Задним рядам было непонятно ничего, и они немножко покричали, что никакие их предложения и интересы при создании документа не учитываются, но никто на эти крики внимания не обращал – ведь мы уже выяснили, что на задних рядах сидели невидимые приведения. И у них были неслышимые, для передних рядов, голоса.
Еще больше задним рядам было непонятно, почему вот уже несколько последних лет в ожидании появления документации, призванной утвердить план развития Шерегеша, крупный бизнес не прекращал реализовывать масштабные проекты и творить что ему заблагорассудится, в то время как малому бизнесу нельзя пошевелить и пальцем и нужно ждать, когда на свет появятся документы, в которых не то что нет места планам роста малого бизнеса, но и нет даже места тому, что есть у него сейчас – по репликам в зале создавалась устойчивая картина того, что вопрос существования объектов малого бизнеса уже окончательно решен – ничего не останется в том виде, который есть.
Во всяком случае ни одно из высказываний не оставляло надежды на незыблемость имущественных прав мелких предпринимателей.

Всё хорошо, и никто не тронет только богачей, а нищебродам не место в обществе успешных и влиятельных персон – такие выводы напрашивались по мотивам всего происходящего.
Вспомнился успешный предприниматель Полонский со своим знаменитым высказыванием: «у кого нет миллиарда могут идти в жопу!»
Так незаметно и постепенно Шерегеш оказался захвачен пришлыми варягами. Прошло всего каких-то десять лет и место, которое развивалось исключительно благодаря усилиям, труду и риску местных жителей, превратилось в полигон для игр больших мальчиков из других городов.
Они ловко разрезали сумочку местному населению, вытащили из неё кошелек - было ваше стало наше  - и вот они уже сидят на первых рядах, и правят бал, а ограбленное население выглядывает из-за спин.
Местная власть превращена в обслуживающий персонал – покажи, проведи, поднеси-подай, накрой стол, скажи тост.
А местным жителям отведена роль дворников, кочегаров и горничных у богачей.


НАКОНЕЦ-ТО КОНЕЦ

Дальнейшие детали встречи были уже не столь существенны. Из всего можно выделить, разве что, амбициозную идею создания высокотехнологичной деревни, где смогли бы дистанционно работать, учиться и параллельно отдыхать, китайцы. Из президиума была высказана критика в адрес тех, на чьем лице был замечен скепсис по этому поводу.
Аэропорт в Шерегеше, кстати, скорее всего не появится – это громкое обещание уже потихоньку заметается под ковер в пользу идеи принимать туристов в новокузнецком аэропорту и довозить их до Шерегеша на поезде.
А завершилось всё кратким выступлением представительницы местной тур.фирмы с призывом сохранять на горе атмосферу праздника, потому что все междоусобицы эту атмосферу уничтожают, а туристы это чувствуют.
В качестве реакции на это замечание, люди немного похлопали, но, очевидно, те, по чьей вине напряжение нарастает год от года и рискует вылиться вскоре в ряд судебных тяжб, разгромных статей, сокрушительные удары экскаваторных ковшей и даже битие морд – этот призыв истолковали по-своему – как требование заткнуться всем несогласным и не мешать.
На том и разошлись. Сильные мира сего - за богато накрытые столы - выслушивать взаимные дифирамбы и хвалебные оды, простые люди – к своим семьям и детям.

Жизнь продолжается и разводит всё дальше и дальше курсы двух, таких непохожих друг на друга категорий российских граждан: тех, кто заставил страну служить своим интересам и тех, кто хотел бы служить своей стране, но уже не может понять – а где она, эта страна? Чиновники приложили все усилия, чтобы она осталась только на бумаге и в липовых отчетах.
Добро пожаловать в созданный ими мир, где у вас нет ни прав, ни возможностей, ни будущего, ни права голоса, а тем, кому всё это не нравится – набьем морду!!!

КАК Я ПОБЫВАЛ НАБЛЮДАТЕЛЕМ

(не для слабонервных, уведите детей от экрана (30+))
В этой публикации я сообщу хронологию нарушений, зафиксированных мною в качестве наблюдателя, осуществлявшего наблюдение за выборами на избирательном участке №1410
То, что нарушения есть, стало ясно еще днем, пока шло голосование. Чем ближе было его окончание, тем отчетливее в воздухе пахло паникой и страхом. Весь президиум комиссии метался из угла в угол, постоянно перешептывался, а такой активной работы с бумагами, которую они устроили, я давно не наблюдал. Я просто терпеливо ждал. Я не отлучился из помещения ни на секунду, я наблюдал за каждым движением, фиксировал каждое значимое событие или слово, записывал фактическое количество опущенных в урну бюллетеней. Сложнее всего было не ходить в туалет, но я справился. Я вытерпел больше 20 часов.

Первое существенное нарушение состояло в том, что избирательной комиссии не были выданы на руки бюллетени в полном объеме. Они добавлялись дозировано, с учетом фактической явки, чтобы на конец дня на столе оказалось минимальное их число – именно из них позднее должно сложиться число непроголосовавших. Таким образом, обеспечивается высокая явка. Остальные бюллетени остаются спрятанными, чтобы в нужный момент появиться. На каком этапе – об этом позднее.
В последний час работы избирательного участка председатель добавила на столы членов комиссии примерное количество бюллетеней, которые не жалко зафиксировать как непроголосовавшие.

Позднее у вас возникнут вопросы, а что же остальные наблюдатели? Почему они не вмешались в процесс, если нарушения настолько вопиющи? Поясняю – подавляющее число наблюдателей на провинциальных выборах – это либо лица, входящие в узкий круг тех, кто заправляет всеми делами в городе, либо это назначенные немощные люди, задачей которых является просто сидеть в углу и страдать. На моём участке были и те, и другие.
Наблюдателем наделенным правом совещательного голоса была женщина, занимающая одну из ключевых должностей в больнице. Перед ней лежала рукописная таблица с внесенными в неё данными по состоянию голосования на каждые 3 часа работников разных медицинских подразделений. Все время через сообщения и посредством звонков она принимала данные и вписывала их в таблицу. Перед ней стояла задача обеспечить стопроцентную явку работников медицинских учреждений города. Она занималась этим весь день. Происходящее на участке её нисколько не интересовало, как и двух её, по всей видимости подопечных, выдвинутых от каких-то независимых кандидатов.
Дедушка от КПРФ мирно дремал в сторонке, в перерывах между сном рассказывал разные истории тем, до кого удавалось дотянуться и самолично признался, что голосует за путина, так как больше не за кого.

Итак, чем ближе подходило время окончания голосования, тем сильнее проступала испарина на председателе комиссии, которая в этот момент еще не подозревала, что её ждет дальше, но, судя по всему нехорошие предчувствия её не покидали.
Обращаю внимание, что подсчет голосов по закону должен начаться немедленно после завершения голосования, при этом, каждый следующий этап подсчета осуществляется после полного завершения предыдущего, значение которого должно вноситься в так называемую увеличенную копию протокола – большой плакат, куда вносятся все значения и который обязан висеть на всеобщем обозрении.
Увеличенный протокол не был вывешен, но это не помешало объявить начало процедуры подсчета.
Первым делом секретарь взяла, любезно отмеренную ранее председателем небольшую стопку неиспользованных бюллетеней со стола членов комиссии и приступила к подсчету.
Председатель, в нарушение закона о последовательности этапов подсчета предложила не ждать, пока секретарь справится со своей задачей и бросилась открывать переносные ящики для голосования – это является грубым нарушением. На замечание, что допускается нарушение, никто из комиссии не отреагировал.

Никто не заботился о том, чтобы число бюллетеней в переносных ящиках оказалось равно числу заявлений, поступивших в участок для проведения выездного голосования, но я, конечно же, поинтересовался. Заявлений оказалось 33. Бюллетени из ящиков были извлечены и закрытая телами своих сообщников по совершению преступления одна из членов комиссии, принялась судорожно их пересчитывать, загибая уголки. Удостовериться в правильности подсчета не было никакой возможности, так как члены комиссии начали принимать меры для отвлечения внимания и лишения меня возможностей убедиться в правильности подсчета. Бюллетеней было очевидно больше и руки члена комиссии тряслись, а лицо стало пунцовым.
Обращаю внимание, что, если в ящике оказывается бюллетеней больше, чем заявлений, все эти бюллетени аннулируются и не принимаются к подсчету. Директивно было озвучено, что бюллетеней 33 и член комиссии водрузила на них своё тело, чтобы исключить любой доступ и внимание. Тем временем бесконтрольно велся подсчет неиспользованных бюллетеней, итоговое число которых было объявлено как 93 шт. Они были должным образом погашены (отрезан нижний левый угол) и сложены на общем столе.
Это число не было внесено в протокол, так как протокол жулики привыкли заполнять в самом конце, безо всякого фактического подсчета, просто рисуя ту картину, которая необходима.
Затем члены комиссии заполнили в книгах учета избирателей данные по тем избирателям, которые проголосовали на дому, был осуществлен подсчет по каждой странице, произведены черновые записи и все книги были переданы секретарю, которая приступила к подсчету проголосовавших на основании данных из книг.

Обращаю внимание, что законом предписано оглашение результатов подсчета по каждой странице книг. Этого сделано не было. Секретарь в одиночку, без всякой возможности контроля за процессом считала списки избирателей. Здесь нужно остановиться подробно – если планируется завысить явку, то возникает существенное расхождение с книгами избирателей, в которых фиксируется получение избирателями избирательного бюллетеня. В этом случае, придется либо наплевать на это расхождение, зная, что потом никто эти сведения проверять не будет, либо садиться и дозаполнять в книгах данные о получении избирателями бюллетеней, но это физически тяжело и чревато последствиями, так как заполнение будет иметь ошибочные сведения по каждому избирателю и много повторений почерков – представьте себе, что нужно заполнить 500 строк данных и подделать 500 подписей.

Именно здесь кроется самое слабое звено выборного процесса, так как в результате никто, конечно же, эти сведения не заполняет, а, значит, никто и никогда данные из этих книг с заявленными данными по явке не сверяет.
Учитывая, что книги эти являются документами строгой отчетности и подлежат хранению, для того чтобы признать любые выборы в Кузбассе недействительными, достаточно сверить официальные данные по явке избирателей с записями в книгах учета избирателей о получении ими на руки бюллетеней. Но никто этого, по понятным причинам, делать не собирается.
Налицо очень слабый по защите от фальсификаций процесс самих выборов. Он совершенно незащищен, и никто не собирается делать его более подотчетным и прозрачным, сами догадайтесь почему.

Дальше был вскрыт стационарный ящик для голосования. Было очень сложно следить за тем, чтобы на стол не были добавлены бюллетени в момент опрокидывания ящика и сортировки – на самом деле, это идеальное время для вброса заранее заготовленных за путина голосов (не пишу за кандидата, так как никакой путин не кандидат, а обычный жулик и голоса могут вбрасываться только за него). Даже порядочному наблюдателю сложно в дальнейшей суматохе зафиксировать вброс на данном этапе, а если все наблюдатели свои – то это идеальный момент.
Я сильно боялся, что сейчас пропущу момент, а иногда думал, что и пропустил, но обошлось.
Члены комиссии безобразно и беспорядочно приступили к сортировке голосов. Эффективность их работы крайне низка, так как отсутствует система сортировки и в целом этап выглядит как полный хаос. Впоследствии вы поймете, зачем нужен этот хаос.

Тем временем, подсчет по спискам избирателей был завершен и данные тайно переданы председателю комиссии. Ей эти данные не понравились, хотя непонятно, чем может не понравиться обычный подсчет заполненных строчек в списках. Тем не менее результаты были оглашены. Число бюллетеней, полученных избирателями для голосования было озвучено как 1174. Таким образом, явка по версии комиссии оставила 93,6%.
Я весь день вел подсчет опущенных в урну бюллетеней и знал, что число проголосовавших было около 600. Мне стало любопытно, каким образом они собираются размножить лежащее на столе число бюллетеней, которых фактически было 679, а надо 1174 (это число тоже оказалось не отраженным в протоколе)
Как оказалось, их замысел состоял в одновременном, хаотичном пересчитывании бюллетеней, при этом пачка кандидата делилась между несколькими членами комиссии, что делало абсолютно невозможным наблюдение за корректным подсчётом голосов.
Председатель дала команду на одновременный подсчет голосов, принадлежащих кандидатам, что является грубым нарушением, так как подсчет должен осуществляться последовательно по каждому кандидату, методом перекладывания бюллетеней из одной стопки в другую, с предоставлением возможности наблюдателям видеть, за кого стоят отметки в каждом бюллетене.
После того, как в протоколе фиксируется число голосов кандидата, должен начинаться подсчет следующего.
Женщины принялись загибать уголки у 10-12 пачек одновременно. У одной из них я с трудом разглядел прыгающие по квадратам галочки, то есть, стопка, которую она пересчитывала, содержала бюллетени разных кандидатов, но считалась в пользу понятного всем одного.
Я решительно остановил и без того незаконный подсчет, после чего работа комиссии была остановлена, меня начали убеждать, что никто ничего и не считал, и что они до сих пор сортируют бюллетени. Председатель ушла читать памятку о выборах, в надежде найти там информацию для моего ограничения наблюдения за ходом подсчета. Как оказалось, памятка такой информации не содержала, а наоборот, говорила о недопустимости помех наблюдателям со стороны комиссии. Через десять минут с победоносным видом председатель принесла брошюру, в которой значилось, что наблюдатель должен находиться на расстоянии не далее 2-2,5 метров от места, за которым осуществляется наблюдение.
Пришлось объяснить, что из пяти наблюдателей, я единственный, кто выполняют эту норму, потому что остальные спят, сидят в телефоне и травят байки на расстоянии более 5 метров от места наблюдения и никаким образом в процессе наблюдения не участвуют.
Председатель, по всей видимости к этому моменту уже утратившая здравомыслие, объявила, что комиссия решает воспользоваться своим правом на совещание в закрытом режиме.
Я был оставлен под присмотром полицейских, а члены комиссии пошли решать, как лучше нарушить закон РФ, как искуснее совершить уголовное преступление и как противодействовать человеку, который пытается предотвратить преступление.

Прошло 2 часа. Это были непростые два часа, так как уже сильно хотелось в туалет и наступила ночь.
Когда комиссия вернулась, председатель объявила, что все ранее сделанные подсчеты объявляются недействительными, злорадно было замечено, что они не были внесены в протокол, а значит речь идет просто о дополнительном подсчете списков избирателей, так как могла быть сделана ошибка. Она взяла уже подшитые в одну книги избирателей (напоминаю, что книги подшиваются в одну после того, как результат признан окончательным и занесен в протокол, но это уже никого не смущало) и вместе с заместителем принялась подсчитывать проголосовавших избирателей.
Они оказались в полном тупике, так как оглашение результатов подсчета означало расхождение приблизительно на 500, выданных на руки бюллетеней, с предыдущим завершенным и оглашенным результатом. Такое расхождение не объясняется простой ошибкой, но обозначить предыдущее число означало вернуться на круги своя и оказаться ровно в том углу, в который комиссия загнала себя двумя часами ранее.

Я не знаю, что в этот момент творилось у них на душе. Скорее всего в ней находились останки совести и растирались в порошок, потому что дальнейшие события подразумевали уже такое поведение, при котором участие совести абсолютно не предусмотрено.
Было тяжело, она понимала, что ей рано или поздно придется огласить действительное число использованных бюллетеней. Но рот отказывался повиноваться. Поэтому они просидели над книгами еще полтора часа, окончательно измотав всех присутствующих. Все женщины повяли как двухнедельные цветы, а старичок от КПРФ мирно сопел в уголке.
Они считали и считали, листали и листали, казалось, это будет длиться вечно. Чтобы было понятно, речь идет о пересчете заполненных строк в бланках. Это делается одним человеком за 5 минут. Но мы оказались на этом первом этапе процесса спустя 6 часов после его начала.
Помещение к этому моменту превратилось уже в проходной двор – члены комиссии приходили и уходили, кто-то дремал, ничего не напоминало о том, что здесь протекает государственной важности действо – всем было откровенно плевать.

Наконец, они пришли к какому-то решению и заявили о готовности озвучить результат. Я настоял, чтобы была исполнена норма закона, предписывающая огласить результат по каждой странице. Тогда председатель начала неразборчиво тараторить цифры с листочка, я попросил её сделать это корректно, и записал под диктовку все значения, после чего искривившийся рот председателя в судорогах произнес финальное значение – 679. Расхождение с первоначальным подсчетом составило 495 бюллетеней.
Несколькими часами ранее, я уведомил всех, обратившись к сотрудникам полиции, что на участке совершается тяжелое уголовное преступление и где-то здесь спрятано около 450 – приблизительное на тот момент по моим поверхностным оценкам – либо чистых, либо заполненных за кандидата, бюллетеней.
Теперь это стало очевидно для всех. От мысли, что, как ни крути, придется эти бюллетени извлекать из тайника, председателю вновь сделалось плохо, она объявила, что здесь что-то не то и схватив книги избирателей предприняла попытку переместиться в другой конец зала. Мое попутное перемещение вызвало у присутствующих вздох негодования.
На стеклянный взгляд в ненавистные книги у председателя ушло еще несколько минут.
Я прервал её транс замечанием, что у нас нет никакого иного выхода, как достать из тайника спрятанные бюллетени, на что получил ответ – достанем, не переживайте.
Затем председатель вновь удалилась на телефонные переговоры, начались выяснения, да кто я вообще такой, кто меня уполномочил, наблюдатель с правом совещательного голоса стала копаться на столах комиссии, нашла моё направление и считала данные из него тому, кто был на том конце провода.

В конце концов люди забегали взад-вперед, председатель вернулась, дверца сейфа отворилась, а дрожащие руки извлекли толстую пачку бюллетеней и в помещении пахнуло типографской краской. Для меня это был пьянящий запах победы!
Одновременно с увеличением моего воодушевления моментально вырос градус ненависти ко мне со стороны 14 рассерженных женщин, на лицах которых не было ни капли стыда, страха, сожаления. Ничего подобного. Только злость и ненависть. Они ненавидели меня, будто это из-за меня они растянули уже на 7 часов получасовую процедуру. Только дедушка от КПРФ тихонько спал в сторонке и ничего не испытывал.
Бюллетени были брошены на стол, они оказались чистыми и подлежали проставлению галочек за всеми любимого лидера еще 7 часов назад, но что-то пошло не так.
Они были пересчитаны числом 528 штук. В этот раз уголочки пришлось отрезать несколько дольше и, почему-то, в третьем часу ночи, вместо 20 часов вечера. К этому значению было прибавлено число ранее погашенных неиспользованных бюллетеней и сумма 621 была внесена в протокол. Явка на участке за одно мгновение сократилась с 93.6% до 50.4%. Вот так происходят чудеса, если вы не знали.
Осталось дело за малым – подсчитать число голосов каждого кандидата, которое на сей раз было сделано корректно и распределилось следующим образом:
Бабурин - 5
Грудинин -120
Жириновский – 60
путин – 465
Собчак – 6
Сурайкин – 2
Титов – 4
Явлинский – 6
Испорченных бюллетеней – 11

В этом месте порядочный человек должен порадоваться тому, что правда восторжествовала, а всякая мразь – ощутить восторг, что путин всех всё равно порвал.
Вдруг проснулся дедушка от КПРФ и заинтересовался результатами голосования, записал их на листок и очень удивился, почему сумма голосов сильно не соответствует озвученному ранее числу использованных бюллетеней. Пришлось в очередной раз объяснить ему, что это из-за того, что он пренебрегает своими обязанностями, но это бесполезно, потому что совесть дедушки была извлечена и жестоким образом уничтожена еще тогда, когда, будучи молодым, он работал в КГБ.
Все помнят последнюю сцену Гоголевского ревизора? В любой драме должна быть заключительная сцена, вишенка на торте. Не обошлось без этого и у нас.

Члены комиссии собирали последнюю волю и раздробленные усталостью части тела в вялый кулак, чтобы доползти до дома, президиум удалился составлять итоговый протокол, как вдруг, дверь отворилась и в помещение с криком «Что здесь у вас происходит!?» ворвались несколько человек: бодрая женщина, парочка сверкающих глазами полицейских и несколько агрессивно настроенных мужчин. Все взоры были устремлены на меня, это был мой бенефис, я устало спросил, что делают посторонние в помещении, на что гражданские мужчины громко возопили, а бодрая женщина объявила, что она тут главная над всеми. Выяснилось, что это начальник ТИКа. Начальник приблизилась ко мне вплотную и начала задавать гневные вопросы, как я смею, кто я такой и кто дал мне право препятствовать работе избирательной комиссии.
Я отмахнулся от неё замечанием, что все вопросы она должна адресовать председателю комиссии, которая уже на протяжении 8 часов саботирует работу комиссии, не желая исполнить закон РФ, а я всего лишь наблюдатель, с заявлением о нарушении процесса выборов которого, она сможет ознакомиться в письменной форме.
После этого мы еще поговорили, я запросил копию заверенного протокола, а женщина срочно возглавила консилиум, на котором каждый стал вспоминать, что же я сделал и сказал не так, не дожидаясь пока я уйду, женщина начала упрекать комиссию, что меня вообще нельзя было слушать, что они обязаны были сделать всё как обычно, а если мне что-то по ходу не понравилось, я мог составить жалобу.

В этот момент ко мне подкрался криминального вида молодой человек, ввалившийся в помещение и с ненавистью глядя на меня, задал сакраментальный вопрос – и сколько тебе за всё это заплатили? Я сказал, что на глупые вопросы не отвечаю. А собеседник процедил сквозь зубы – они же все воры, все, а ты за них тут…Я ответил, что пока вижу здесь только одного вора – того, кто пытается фальсифицировать выборы. В 3:50 ночи я получил на руки протокол и удалился, оставив бандитов, среди которых были учителя, были врачи, были работники администрации, полицейские – всю эту неразличимую массу, у которой вдруг открылось второе дыхание и возникло неожиданное воодушевление, ведь представилась новая возможность сплести заговор, соткать клевету, разорвать правду на куски, оттоптаться на совести тех, у кого она еще не конца умерла, нанести удар, придумать план, как задушить честность, порядочность, истину, веру и добро.
Они среди вас. Они учат ваших детей. Они лечат вас, ну или делают вид, что лечат. Они руководят. Они носят звания борцов с преступностью. Они – государство. Чудовищное путинское государство. Которое никому не оставляет надежды на то, чтобы остаться человеком.

Наблюдение на участке. Как это было. Этюды.

Когда я отправился на участок в качестве наблюдателя, я был на 100 процентов уверен, что моё описание этого дня будет выглядеть только так, как я сделаю это сейчас, в виде ироничных, забавных этюдов. Но жизнь внесла свои коррективы и вам пришлось узнать об этом дне с несколько иного ракурса. Однако, я всё же хочу сделать то, что изначально задумал, поэтому в хронологическм порядке я расскажу, как это было. Каждый абзац, это отдельный эпизод: где-то смешной, где-то серьезный, где-то грустный. Я даю вам возможность присесть со мной на лавочку и поприсутствовать 12 часов в святилище, где протекала сакральная процедура избрания главы государства. Ну что, присаживайтесь, устраивайтесь поудобнее, мы начинаем.

Я пришел на участок в 7-40, я совершенно неподготовлен к тому, что будет происходить дальше. Уже ночью я распечатал какие-то памятки, присланные мне по почте лицом, предложившим дать мне направление на наблюдение от Яблока, он видел на моей странице комментарий, в котором я писал, что хочу наблюдать за выборами на участке и сам предложил снабдить меня направлением, которой я передаю цветущей, уверенной в себе женщине, первой попадающейся мне в коридоре. Это и есть председатель комиссии, я передаю ей направление, на её лице растерянность, она вводит меня в помещение для голосования и указывает на неудобную скамью в самом углу, расположенную так, что отсюда не видно ни урну для голосования, ни вообще ползала. Она настаивает, что только здесь я могу находиться.

Незадолго до открытия участка в помещении собираются все члены комиссии и появляется дедушка, наблюдатель от КПРФ. Он занимает место на скамейке в самом углу. Оттуда ему не видно ничего, кроме узкого сегмента зала, где позднее расположатся карманные наблюдатели. Еще он видит столы, где выдаются бюллетени и больше ничего. Но и на всё это он старается не смотреть. Он сетует, что его послали и теперь придется тут сидеть. И он будет сидеть. Все время. На одном месте. Он встанет лишь пару раз, чтобы рассказать карманным наблюдателям какие-то страшные истории из прошлого страны. Он голосует за путина, потому что, а за кого больше?

Члены комиссии веселы и непринужденны, они создают такой шум, что председателю приходится их осадить, чтобы огласить порядок и начало выборов. Книги избирателей и бюллетени для голосования выданы, всё готово к началу голосования, в коридоре слышен шум, двери открываются, шоу начинается.

Одновременно входит 15 человек. Самая сознательная часть общества. Далеко не самая благополучная, но с высоким уровнем ответственности за будущее страны.
Начинают активно идти люди. За два часа приходит еще 106 человек. За это время в помещении появляется несколько активных, ничем не ограниченных женщин. В течение дня они сидят, где хотят, двигают стол, активно общаются между собой, входят и выходят. Это наблюдатели, чьей задачей является проследить, чтобы процедура наблюдения на участке была максимально уничтожена и извращена. У главной из них – наблюдателя, наделенного правом совещательного голоса – рукописная таблица, которую она в открытом виде оставляет на столе. В первом столбике таблицы перечень медицинских учреждений города, следующие столбцы – временные интервалы, 9,12,15,18 часов, в которых отмечается явка работников медучреждений всего города. Она постоянно на телефоне, она работает в качестве центра по сбору данных и следит за тем, чтобы к концу дня явка медиков была стопроцентной. Она открыто радуется высоким показателям явки и делится этой радостью со своими подругами. Временами она обсуждает свои показатели с некоторыми членами УИК, которые тоже разделяют её радость.

К 10 часам на участке побывало только 3 человека младше 30 лет из 120 проголосовавших.
К 11 часам приходит еще 102 человека. К этому времени я смог увидеть на участке только 2 семьи, а суммарное количество людей до 30 лет выросло до 5 из 220. Молодежи нет. Вообще.
Для голосующих впервые молодых людей, достигших электорального возраста на участке предусмотрен подарок – обложка на паспорт с символикой выборов. Претендентов на обложку нет.

В коридоре слышен сильный шум, работает буфет. Его работа будет свернута после 13 часов, он предназначен для утренних избирателей. Именно они нуждаются в нем. От заместителя председателя все время звучат призывы подняться на второй этаж в столовую, там чай и печенье, а так же можно сдать кровь и пройти узи. Иногда это звучит как – поднимайтесь, попейте чая с печеньем, сдайте кровь. Сходите, попейте чай, сдайте кровь. Самые зловещие формулировки встречают смех у членов комиссии, начинаются шутки.
Люди продолжают идти. Я несколько огорошен. Я не ожидал такой активности. Наблюдатели и члены комиссии искренне удивляются, что в этот раз очень хорошо идут. Звучат реплики, что явка существенно превосходит прошлые выборы. В этот день явка на моем участке составит 54%. Так какой же была явка на прошлых выборах, официальные данные о которой были по традиции около 95%. Это профессионалы. Они пришли сюда совершать преступление, которое совершали уже неоднократно. Это рецидивисты. Они смущены моим присутствием, но делают всё на автомате. Им даже в голову не приходит, что кто-то может им помешать.
Если бы стояла задача составить портрет России, на основании исключительно тех 300 человек, которые побывали на участке до 11-30, пришлось бы написать примерно следующее:
Россия – это хромая, косая, старая, нищая, убогая, слепая, трясущаяся, неадекватная, порой придурковатая, кривая, медленно бредущая на кладбище страна, ведут под руки которую несколько среднего возраста лиц, записавшихся в кандидаты в хромые, слепые, больные, кривые...ну вы поняли. К этому моменту меня начинает охватывать ужас и горечь, мои глаза уже не могут стерпеть того, что видят. И контрастом к этому – веселые молодые учителя и деловитые женщины, выписывающие всем приходящим бесплатный билет на кладбище (образно, если кто не понял).

В 11:30, в портрет России внесла свои коррективы первая, хоть как-то прилично выглядящая женщина, после чего свои корректирующие мазки, к моему облегчению, стали приобщать редкие представители благополучных таштагольцев.

Наблюдатели наблюдают за мной. Я отбил пару атак дедушки от КПРФ присесть мне на уши, сделав максимально непроницательное лицо. Внутри него было радио, которое включалось моментально, как только в радиусе нескольких метров появлялся кто-то своим видом способный настроиться на его волну. Радио вещало о тяжелой судьбе страны и вывешивало в воздух риторические вопросы – а кто его знает, как вообще должно быть? Никто не знает, заключало радио. Дедушка служил в КГБ и хвастался своими способностями улавливать детали. Но в этот день эти способности были надежно замурованы в сейфе, спрятанном глубоко внутри дедушки. Ни одной детали и ни одного нарушения в этот день бывший сотрудник КГБ так и не обнаружил.

В дальнем углу зала - стол. За столом Ольга Владимировна – секретарь. Это какое-то сердце всего, что происходит в помещении. Там все время кипит работа, шуршат бумаги, подходят и уходят избиратели, происходит перешептывание с председателем и заместителем. В том, дальнем конце все время какое-то напряжение. Это территория председателя, зама и секретаря. Там царит максимальное напряжение, скованность и суета. Что там происходит, я не знаю, но хочу узнать больше всего. Я принимаю тактику, которая сделала бы мое вовлечение в происходящее максимально незаметным, чтобы окончательно не сковать свободу членов УИК. Тактика приносит свои плоды -рядовые члены чувствуют себя раскрепощенно. Главный наблюдатель почти вплотную держит от меня свой листок с мониторингом явки медиков, который мне без особого труда удается сфотографировать. Председатель мечется между нехорошими предчувствиями и надеждой на то, что я простой лох, которого мы в нужный момент легко надурим.

Председателю все время поступают звонки, она часто покидает помещение. Заместитель временами появляется возле урны, поздравляет проголосововавших и громко приглашает их откушать чаю с печеньем, а детям – мороженое .

Многим немощным приходится объяснять, что делать, направлять в кабинки, находящиеся, практически, вплотную к месту получения бюллетеней, у многих возникают затруднения, чтобы опустить бюллетень в урну. В 12:10 пришла первая молодая девушка – короткая передышка от четырехчасового эстетического насилия.

Иногда появляются люди, у которых возникают сложности с получением бюллетеня, их направляют к главным.

Всё! Теперь в столовую. Теперь чай пить, кровь и узи! – продолжает восклицать заместитель в адрес отходящих от урны.

Я веду блокнот, где фиксирую явку и записываю все, что кажется мне любопытным. Мне приходится открывать его часто, он лежит рядом со мной на лавочке и воспользоваться им незаметно я не могу. Все члены УИК впервые в жизни видят наблюдателя, который делает записи в блокноте. Я нисколько не сомневаюсь, что комиссия уже сделала выводы, что я здесь не просто так. Они все знают меня, иди слышали обо мне. Они знают мою семью. Моя дочь учится в этой школе. Значительная часть избирателей знает меня, некоторые – лично. Председатель к этому моменту уже доложила наверх о форсмажоре. Наверняка она получила инструкции быть предельно осторожной. Начальник ТИКа очень хорошо знает меня, она меня ненавидит за мою гражданскую позицию, мне рассказывали, что она последними словами костерила меня на каких-то неформальных тусовках. У меня до сих пор не укладывается в голове – как? Ну как при всём этом они рассчитывали завершить свою грубейшую фальсификацию? На что они надеялись?

Район обеда. Я чувствую голод и жажду. Я позволяю организму полностью иссушить себя и не пью. К этому моменту я понимаю, что похода в туалет не будет. Мне становится плохо от мысли об этом. Председатель услужливо предлагает сходить, у нас там чай, пирожки. Я благодарю и отказываюсь. Первые глотки воды я начинаю делать после 14 часов. Эти мелкие дозы моментально уничтожаются организмом. Позывы сходить по нужде есть, но они не сильные, однако я понимаю, что ситуация за оставшееся время может стать критической, лихорадочно соображаю, как поймать момент, но совершенно не понимаю, как можно выбрать этот момент.
Принимаю решение терпеть. Терпеть во что бы то ни стало. К этому моменту градус недоверия к происходящему поднялся до предела и я уже был практически уверен, что преступление здесь готовится. Какое? Как? Я ничего не знаю ни о процедуре, никогда не интересовался никакими материалами по наблюдению, понятия не имею, как должен выглядеть подсчет голосов. Как искать черную кошку в темной комнате? Я корю себя, ну как ты мог так легкомысленно отнестись? Это же совсем не похоже на тебя!

Со мной распечатки памяток. Я их изучаю. Приходится путаться во всех этих листах. Их много. Я пытаюсь выстроить в своей голове порядок и запомнить правила относительно каждого этапа. Я многое упустил. Сейчас я вижу, что было много недочетов уже в ходе голосования. Но, по счастью, это сыграло мне на руку, так как мое невмешательство в мелкие нарушения, возможно, усыпило бдительность комиссии и снизило исходящий от меня уровень угрозы.

Много людей с тростями. Очень большой процент. Меня это начинает даже удивлять. Множество пожилых, откровенно старых женщин. Очень много неблагополучных людей. На них невозможно смотреть без жалости. Многие физически больны, это видно невооруженным глазом. Возникает картина из фильма ужасов, где нескончаемым потоком медленно бредут мертвецы.
Путинское государство уже сделало всех этих людей мертвецами при жизни. У них нет никаких возможностей, никаких надежд на улучшение. Есть только разной длинны дорога на кладбище. Сейчас они пришли к очередному указателю на него. Им дали чай, печеньку и отправили в дальнейший путь. Многие из них окончат его буквально в несколько следующих лет, пока даже не закончится новый срок путина у власти.

В помещение вошла, если можно так сказать, старуха. Я узнал её. Я неоднократно видел её из окна, пытающейся подняться на пригорок – моя пятиэтажка расположена а начале холма. Без посторонней помощи она подняться к магазину не может. Однажды я посылал сына помочь ей, так как её путь в 50 метров без посторонней помощи может длиться часами. Сюда её тоже кто-то привел. Она не смогла бы сама. Она скрючена, так, что на лицо невозможно взглянуть, на ногах несуразные огромного размера мужские неопознанного вида сапоги.
Это для меня день победы! – восклицает она. Я сюда не пришла, я приползла! За Путина!
В этот момент меня накрывает шок. «Я хоть чаю попью» - добавляет она и начинает требовать дополнительный бюллетень, чтобы проголосовать за подругу. Ей долго пытаются объяснить, что так нельзя. Она долго голосует и теряется в небольшом пространстве – где здесь выход?
Выхода нет, бабушка, думаю я. Ты внесла свою маленькую лепту, чтобы выхода не было.
Внутри меня начинают течь слезы.

Член УИК голосующей подруге – а ты чо ребенка не взяла, мороженое же дают!
Начинают приходить люди помоложе и много детей. Для детей устраивают маленький праздник – поднимают на руки и позволяют опустить бюллетень в урну под всеобщее умиление. Извините, дети, диснейленд не для всех. Вам могут предложить только такое развлечение в воскресенье.
Дети получают наклейки с символикой выборов из рук заместителя – к умилению добавляется восторг. Я смотрю и не в силах осознать происходящее.
А теперь за семенами! И за чаем! – продолжает голосить заместитель.

Появляется странная пара. Они долго стоят при входе, все тщательно изучают и смотрят в телефон. Мужчина приближается к дедушке от КПРФ.
Вы – наблюдатель от КПРФ? У вас всё в порядке? Смотрите, мы на вас надеемся, во Владивостоке уже были вбросы!
Навык не пропал, все в порядке – ответил дедушка от КПРФ.
Какой из навыков не пропал, он не уточнил. Как обнаружилось позднее, навык видеть правду, определять нарушения, отстаивать закон – все эти навыки изначально не являлись коньком дедушки. Самым сильным его навыком оказалась способность спать сидя, не теряя вертикального положения тела.

Один из членов комиссии – старая, слабовидящая женщина, которой немалых усилий стоит найти фамилию избирателя в списке, чтобы выдать ему бюллетень. Другие члены комиссии ей в этом помогают.

По комиссии прокатилась волна возбуждения относительно отсутствия желающих сфотографироваться с каким-то плакатом, чтобы выиграть самсунг с-9.
Самсунг с-9! – мечтательно несколько раз произносит один из членов комиссии.

Мужчине долго объясняют, как скинуть бюллетень в урну. Кроме того, он хочет, оставить заявление, чтобы к нему приехали на дом. Видимо, какой-то член семьи не имеет физических возможностей прийти на голосование.
При подсчете голосов выяснилось, что таких заявлений было подано 33. Это 5% от числа пришедших голосовать. Если больше половины пришедших – это люди, вызывающие к себе жалость в отношении своего физического состояния, то кто эти 33 человека? Какое у них состояние? Это страшно. Мы не видим всех этих людей. Никогда. Они настолько лишены всяких возможностей и ограничены во всех отношениях, они составляют огромную часть экономически неактивных граждан – всем этим людям попросту незачем выходить из дома. Они существуют в параллельном с нами мире.
Но в день выборов, на страну набрасывается огромная сеть и рыболовецкий тралер вытаскивает всех этих, лежащих на дне, обитателей глубин. Всеми мыслимыми и немыслимыми способами.
К ним ходят на дом, орут на них из телевизора, обещают накормить, оказать бесплатную услугу и пытаются внушить, что в этот день они – самые важные люди, определяющие судьбу Родины.
И они выползают, они хромают, и тянутся, опираясь на палки нескончаемым потоком.

На телефон главного наблюдателя поступает звонок, злорадное хихикание и она делится с членами новой информацией – «сообщили, что не проголосовали только те, кто в коме». Раздается зловещий смех.

После 13 часов люди начинают тянуться вяло и временами наступает затишье.
Дедушка от КПРФ использует этот момент, чтобы посвятить комиссию в тайны прошлого. Он рассказывает о массовых захоронениях, о каких-то еще ужасах. Звучит вопрос, за кого он сам голосует. «За путина! А за кого еще? Путин взял олигархов за глотку!»

Приходит доктор, сообщает, что уходит, так как больные закончились.

Пришел мужчина навеселе. Дезориентирован. Ему помогают проголосовать и приглашают попить чай. «А ты уверена, что дяде Коле, моему соседу, именно чай нужен?» - спрашивает один из членов комиссии. Все смеются.

До 15 часов продолжают идти со скоростью 60 человек, после 15 до 18 – 20 человек в час.
Периоды затишья увеличиваются.
От своего стола отделяется секретарь, подает паспорт и сообщает – «Ну вот, и я проголосую, надо отзвониться, сообщить, что проголосовала.

Еще один пьяный получает бюллетень. «Идите в кабинку, проголосуйте!» . «А за кого?». Смех. «Путин! Где тут Путин?»

Появляется группа. Голосуют. Вышедшую из кабины одну из женщин подзывает главный наблюдатель. «Ну что, как там сработали?» . «Всё нормально, хорошо».

Главный наблюдатель обращается ко мне по имени (Она знает меня с детства. Моя мама приводила меня часто на лечение, я часто болел в детстве).
«Ну что? Как там мама?». «Её нет уже лет 14». «Да ты что?». «Ну а ты, почему  не едешь голосовать?». «Я отношусь к этому участку». «А почему тогда не голосуешь? Ну-ка голосуй, нам явка нужна!». «Похоже, и без меня здесь прекрасно справляются».
Это был момент, когда она впервые напряглась. Она была настолько легкомысоенна и расслаблена фактом, что знает меня, настолько поглощена своим мониторингом явки медиков, что до этого момента даже не думала, что в моем лице могут возникнуть какие-либо проблемы.
Через несколько минут её стол был отодвинут от меня, плотную придвинут к столам членов комиссии, а сама она со своей таблицей переместилась за тела своих соратниц и стала прятать её под другими бумагами.

Дедушка в очках в очках долго получает бюллетень. Подходит к кабинке, и минут пять изучает от и до бюллетень. Прочитывает его полностью, наклоняется к дедушке от КПРФ, показывает ему на строку Путина и вопросительно произносит – « Вот за этого, а других ффшить?» и делает взмах рукой. Дедушка от КПРФ одобрительно кивает.

Комиссия сидит и совершенно свободно обсуждает кто перед кем отчитался, какие бюджетные структуры хорошо проголосовали. «Мне прислали фотографию»  - хвастается одна из членов УИК.
Для них это что-то вроде соцсоревнования. А если быть точнее – и есть самое настоящее соцсоревнование. Их нисколько это не смущает. Всё весело и дружно.
«Детская поликлиника – хорошо. Посчитай сколько процентов.» - продолжает свой телефонный мониторинг главный наблюдатель. У них развернут целый центр мониторинга явки бюджетников. То, что вижу я – это еще цветочки. Где-то недалеко есть крупные ягодки – куда стекаются все данные. В конце дня, после внесения в свою таблицу результатов явки по медикам, наблюдатель по телефону будет обсуждать уже пофамильно тех, кто еще не побывал на участке и требовать, чтобы этим людям позвонили. «В детском отделении сколько человек? 17?»
Соратница получает фотографию в сообщении, показывает главной – «Нате, все на месте». Следует одобрение.

«Путин проголовал!» - сообщает одна из членов. И уже шуточно, обращаясь к главному наблюдателю – «Вы отметили у себя? Тоже администрация!»

Проголосовала бабушка. Очень переживала, чтобы комиссия обязательно приехала по какому-то адресу.

Председатель получает звонок. На том конце спрашивают про меня. Косится на меня и сообщает в трубку – «Сидит. У него права совещательного голоса нет».
Перечисляет от кого на участке другие наблюдатели. На упоминании о том, что я от Явлинского возникает напряжение, поступает запрос на сведения, передаются сведения о моем направлении.

Суета в зоне председательских столов нарастает суета. Главный наблюдатель тоже начинает нервничать и рисовать что-то на бумажке, отвечая на любопытство члена комиссии, что это проект.

В дверях появляется член комиссии – учитель физкультуры, вернувшаяся с надомного голосования, с ней – женщина. «Вот, я человека привела!». Другая член спрашивает адрес. «Куда? Это мой!» - возмущается учитель физкультуры.
Наблюдатель, задумчиво, глядя в книгу избирателей – «Плохо, что телефонов мобильных нет, так бы звонили, приглашали». «Ага, по домам ходили, еще и по телефону звонить?» - вяло возмущается кто-то из членов УИК.

Появляется мужчина. «За великого князя!» - звучит провозглашение на всю аудиторию.

Наблюдатель, задумчиво - « (неразборчиво) – 100% проголосовало»
Еще выдержка из телефонного разговора – «У вас должно быть 49 человек только в терапии» . Следует созвон с Шерегешем.

Дедушка от КПРФ немножко поскулил.

Конец дня. Председатель решает проголосовать. Член комиссии, получив её паспорт, начинает смеяться и пытается сунуть паспорт другим членам, чтобы они могли разделить её радость от фотографии в паспорте директора школы. Возникает заминка. Бюллетень получен. «Девочки, сфотайте меня!». Звучит жидкий аплодисмент.

Люди почти уже не идут. Редкие заключительные посетители встречаются возгласами.
Члены комиссии, ощущая близкое окончание расслабленны и веселы – они не понимают, какой ад ждет их в следующие 9 часов. Председатель, не смотря на прохладу в помещении, жалуется на невыносимую духоту.
Председатель, заместитель и секретарь предельно напряжены, лихорадочно что-то делают с бумагами, постоянно перешептываются. Они нисколько не похожи на людей, которым предстоит всего-навсего пересчитать голоса.
Перед ними бумажка и они с помощью калькулятора пытаются считать какие-то данные с неё.
Наблюдатели, в книгах которых сделано много отметок о получении бюллетеней сидят с победоносным видом и проявляют по этому поводу радость.

Последние 15 минут. 10. 4. Короткий спор, 59 или уже ровно. Двери закрываются.

Начинается АД!

ПС. Этой ночью я на протяжении 8 часов пытался остановить совершение уголовного преступления. Я предотвратил попытку вброса 528 бюллетеней при списочной численности избирателей - 1254, на этапе подсчета голосов, что привело бы к увеличению явки с 54 до 96 процентов, а количество проголосовавших за путина выросло бы с 465 до 993.
Оваций не надо. Можно просто поплакать. И тихонько поскулить. От обиды. От злости. От безысходности. Ведь явка по всему району составила те самые 94% и так по всему Кузбассу.
Славься Кузбасс! Край некогда честных, смелых, решительных людей.
А ныне – территория, на которой господствуют мерзавцы и подонки.
У меня все. С вашего позволения я тоже немного всплакну и попытаюсь избавиться от кома в горле.

Развитие по-Шерегешski.

Многие наивные люди, думающие, что Шерегеш переживает стадию развития, потому что там иногда строятся гостиницы и новые подъемники, не понимают главного – развитием можно считать действия, нацеленные на улучшение. Например, если твой ребенок вырос, но не поумнел, не приобрел полезных навыков, не развил морально-волевых качеств, он не развился. Он просто стал крупнее.
С Шерегешем то же самое. Бесспорно, курорт укрупняется, это очевидно, но становится ли при этом лучше – большой вопрос.
Из-за сложившихся в Кузбассе специфичных отношений между властью и бизнесом, Шерегеш несет на себе отпечаток этих отношений.
Что это за отношения? Перед крупным бизнесом принято преклоняться и расшаркиваться, потому что это кормильцы, а мелкий бизнес принято пинать и гнобить, потому что личной выгоды с него – никакой.
Такой расклад приводит к тому, что олигарх превращается в террориста, постоянно выторговывающего для себя все лучшие и лучшие условия, а мелкий бизнес заметается под лавку как мусор.
Именно поэтому олигарху могут выделить в Шерегеше десятки гектаров земли на безконкурсной основе, а мелкий предприниматель не может получить даже одну сотку.
Такой чудовищный перекос в реализации прав и возможностей создает печальный прецедент – однажды олигарх становится на вершине горы, охватывает взором окрестности и восклицает – Моё! Это всё мое!!! Я хочу владеть всей этой землёй, имуществом, людишками!!!
Всё, с этого момента о развитии можно забыть.
Включаются механизмы, не имеющие ничего общего с процессами, обеспечивающими развитие.
Олигарх вступает в схватку. Его не интересует ни бизнес, ни прибыль, ни благополучие территории и её жителей, ни сохранность природы – олигарх опускает забрало и прёт как танк, пытаясь смести всё со своего пути.
Власть, уже однажды продавшаяся олигарху, связанная обязательством перед ним, начинает послушно исполнять его волю, забывая о людях, о территории, о законе, о правах, о морали.
Олигарх может уничтожать водные ресурсы, пускать канализацию по земле, уничтожать высокогорную тундру, совершать действия, нацеленные на воспрепятствование другим участникам рынка в осуществлении своей деятельности, создавать какие угодно проблемы, не соблюдать никакие нормы, законы и постановления– всё это будет преподноситься в радужных тонах, власть будет смотреть на всё это сквозь пальцы.
Когда главным мотивом становится единоличная власть, бесконтрольное своеволие и ненависть ко всему, что подает признаки жизни – о развитии можно забыть.


Уже сейчас можно с уверенностью сказать, что курорт «Шерегеш» является зоной экологического бедствия. Гостиницы на нелегальном положении снабжаются водой из загрязнённого водозабора, из которого запрещен разбор воды, многие используют нелегальные скважины, в ближайшие ручьи стекают тонны канализационных сбросов, бесконтрольно вырубается лес, безжалостно уничтожается почвенный слой на вершине горы, пешеходные маршруты превращаются техникой в непролазное болото, снег чернеет из года в год от увеличения угольных выбросов.
В сфере экономики – происходит выдавливание с рынка местных предпринимателей, сокращаются качественные рабочие места, низкие заработные платы, огромная текучка кадров, поселок не получает ничего от размещения в своём составе популярного курорта, заработанные курортом деньги покидают территорию. Образно говоря, строится феодальный замок, внутри стен которого всегда достаток и непрекращающийся праздник, а за стенами – живущая в лачугах нищая чернь, которой изредка через стены перебрасывают недоглоданные кости.
Ни на одном курорте цивилизованного мира вы не встретите столь чудовищного перекоса.
Цивилизованный курорт - это всегда гармоничное соотношение развития туристической и жилой инфраструктуры поселения, являющегося основой курорта, это всегда масса преуспевающих местных жителей, потому что они имеют преимущественные права на территории своего проживания, это всегда абсолютная ответственность внешних инвесторов перед территорией, это гармония и красота в каждой мелочи, в каждом закоулке.
Нельзя навести у себя внутри стен порядок и чистоту, а за стены выливать свои испражнения, всё вокруг обблевать, замусорить и испохабить и говорить – а вот посмотрите, какой у меня порядок и благолепие, посмотрите какие у меня канатки и гостиницы!


Кстати, о канатках. Какие улучшения произошли на курорте в текущем году?
Снесены две канатные дороги, обслуживавшие выкат горы. Однажды одни умные градостроители заметили, что при строительстве новых микрорайонов при прокладке тротуаров лучше всего дождаться, пока жители протопчут тропинки и на их месте они стали делать тротуары. Если делать тротуары там, где хочет проектировщик, то получатся тротуары, по которым мало кто ходит и всё равно будут тропинки, по которым ходят все.
Так вот выкат горы – это та самая тропинка, протоптанная людьми. Уже 20 лет люди доказывают, что это очень удобная для них тропинка. Поэтому все подъемники в районе выката всегда имели очереди. Казалось бы – бери и повышай производительность канаток в том месте, где происходит наибольшее скопление людей. Так поступают во всё мире. Но не в Шерегеше.
Там же есть не мой бизнес, какие-то люди там зарабатывают деньги! Катастрофа!
Поэтому, вместо увеличения суммарной пропускной способности, она снижается вдвое. Было четыре подъемника? Станет два! Не нравились очереди? Будут вдвое длиннее!
Ах ты плут! Воскликнет пытливый читатель. А почему же ты молчишь про новую канатную дорогу, которую олигарх построил выше по склону вместо бугельной и про строящуюся подбрасывающую, на месте демонтированного малого кресла?


Почему молчу? Не молчу. Сейчас расскажу.
Является ли новая канатка, идущая от отеля Елена, решением для разгрузки нижней части горы?
Начнем с местоположения. Совсем недавно олигарх позвонил одному из местных предпринимателей, которых он мечтает изжить с горы и сообщил, что административные меры по уничтожению мелкого бизнеса не дают столь быстрого эффекта, как ожидалось, поэтому он приступает к реализации устранения с помощью экономических мер.
Для этого, он строит рядом с новой канаткой большую парковку, крытый рынок и «все сувенирщики будут у меня», «со следующего года на горе не будет ни одного инструктора кроме моих»,  строит огромное дешевое кафе, большой прокат в два раза дешевле, а потом просто отключает зеленое кресло и «вы там все сдохнете».
Вот такая вот бизнес-стратегия. Не сделать хорошо людям, не развить услугу, а чтобы у соседа «корова сдохла».
А теперь представьте большую стоянку в самом центре гостиничного городка.
На любом курорте мира большие парковки стараются строить вдали от зоны проживания туристов. Но не в Шерегеше. В Шерегеше свои правила – пусть по гостиничному городку ездит непрерывный поток машин, пусть они там в снегопады создают заторы, пусть те, кому не хватило места бросают машины на обочине вблизи стоянки или пытаются развернуться и ехать на другую стоянку в нескольких километрах. Пусть пешеходная прогулка по гостиничному городку превратится в ад. Пусть всё это будет в самом центре курорта! Шум, выхлопы, аварии, больше ада!
На кого ориентирована новая канатка?  На самых опытных горнолыжников, мечтающих оказаться на трассе открыв дверь автомобиля. Можно сказать, что она разгружает зеленое кресло, но мы ведь помним, что зеленое кресло должно остановиться, а стоянка то возле канатки не резиновая. Это означает, что для того, чтобы туда попасть, людям необходимо воспользоваться какой-то другой канаткой. Какой? Единственным бугелем, расположенным с другой стороны трассы, на который после остановки зеленого кресла будет километровая очередь?
А что делать огромной массе людей, которые делают свои первые шаги в горных лыжах? Они не хотят подниматься на самый верх.
Так вот же! Строится подбрасывающая канатка! Она решит все проблемы начинающих горнолыжников! Ой ли?
Вспоминаем: нижний бугель исчез, малое кресло исчезло, зеленая канатка остановлена, с огромной стоянки от скайвея поднимаются заполненные кабины, вы стоите в чудовищной очереди на поворотной станции, а вы всего-то хотели покататься на горных лыжах.
Мало того, предложить людям пользоваться гондолой на четырехсотметровом пологом участке - из разряда настолько сомнительных решений, что нигде в мире подобного не увидишь. Во всём мире гондольные дороги используются для самых протяженных и крутых участков трасс. Каждый раз отстегивать снаряжение, грузиться в кабину ради двухминутного подъема, выгружаться, встёгиваться в толчее - весьма сомнительное удовольствие.


Все эти новшества приведут к тому, что люди будут стремиться уйти с выката, кто-то на скайвей, кто-то на сектор Е, кто-то увеличит очередь на булочку.
Цель олигарха – снизить популярность выката – будет достигнута, но можно ли будет назвать улучшением все возникшие мучения отдыхающих? Конечно нет. Можно назвать это развитием?
Ростом – да. Развитием – нет.
Опять же, развитие, это когда улучшение наступает без длительных масштабных ухудшений.
Чего нельзя сказать о текущем сезоне, в котором очереди на нижние канатки значительно увеличатся, ведь два подъемника уже демонтировано, а вместо – построен один неравнозначный, а второй еще неизвестно, будет ли запущен в этом сезоне вообще.


В любом месте на земле зону выката пытались бы превратить в конфетку, в визитную карточку курорта. В Шерегеше олигархи пытаются убить исторический центр, а власти им всячески в этом содействуют.
Как персонаж из английской песенки, Робин Бобин Барабек, в приступе алчности олигарх пытается наполнить своё чрево всем, что попадется под руку, не понимая, что настоящий курорт никогда и нигде не создается одним человеком. Это всегда альянс усилий трудолюбивых, влюбленных в свой поселок жителей, множества мелких предпринимателей, превращающих все закоулки в уютные местечки и капитала людей-созидателей, любящих свою страну, и благодарных той земле, которая их приняла.
Робин Бобин Барабек ничего этого не понимает, он будет жрать, пока не заболит и не лопнет живот.
Благо, закон жизни таков, что живот обязательно заболит и лопнет.