РАКУРС ИМЕЕТ ЗНАЧЕНИЕ



ЭПИГРАФ

Им хорошо вместе. Власти и крупному бизнесу. Мы просто не входим в их планы. Ну так случилось.
У них деньги, у них идеи, у них планы, у них жизнь, в конце концов, а мы для них – препятствие, помеха под ногами, пыль, которую можно сдуть со своего пути.
Для коррумпированного, равнодушного к нуждам и потребностям людей, государства, домик кума Тыквы становится камнем преткновения.
Всё прекрасно в моделируемой ими реальности – за исключением простого человека, который, наглец и паскуда, тоже что-то там хочет. Подает голос из-за плинтуса.


ЕЩЁ ОДИН №1

Собравшиеся в конференц-зале гостиницы Ольга для ознакомительной встречи с ВРИО губернатора С.Е. Цивилевым, руководители организаций, работники администрации, собственники предприятий, ждали появления начальника два с половиной часа.
Надо отдать должное – извинение за опоздание прозвучало. За ним последовало вступительное слово, которое увенчалось поручением сделать Шерегеш курортом №1 в мире.
Да, вы не ослышались. №1 в мире!
Громкие заявления, прозвучавшие в других местах о строительстве больниц, школ, аэропортов, о выводе региона в лидеры за Уралом, в свете этого поручения, несколько поблекли и покрылись налетом сомнений.
То ли у Сергея Евгеньевича весьма самобытное понимание того, что такое №1, то ли весьма призрачное, чрезмерно искаженное представление о том, что такое ведущие мировые горнолыжные курорты.
А может быть, сказывается пыл, по сути, начавшейся предвыборной компании, в ходе которой достоверность, правдивость и адекватность отходят на второй план.

Неизвестно, что на самом деле послужило причиной очередного громкого заявления, но, как говорится: назвался груздем – полезай в кузов – задача поставлена амбициозная, для её достижения Шерегешу не хватает всего каких-то 200-300 км трасс, оснащенных системами искусственного оснежения (пока нет ни одной), около 60 высокопроизводительных, современных подъемников, большинство из которых – 6-8 местные, с подогревом, нужны протяженные нарядные улицы с живописными украшенными домами, роскошные рестораны, множество магазинов и бутиков, спортивные площадки, десятки километров обустроенных пешеходных маршрутов, велосипедных трасс, парковые зоны, множество мест для проведения досуга, экзотические развлечения и так далее, список очень длинный.
И всё это теперь необходимо сделать – поручение прозвучало.
Правда, нищее население сибирского региона рентабельность такому масштабному проекту обеспечить никогда не сможет, поэтому придется с надеждой устремить взгляд в сторону Китая. Но о китайцах позже – вопрос по ним на собрании тоже поднимался.


ФИЛЬМ, ФИЛЬМ ФИЛЬМ!

После вступительного слова, аудитории показали очередной фильм из серии – да ты чо! нифига себе как круто в Шерегеше!
Иногда возникает ощущение, что создание таких фильмов является главным вожделением чиновников. Сколько их было и сколько еще будет, но предпринимателей, местных жителей и туристов волнуют совершенно другие проблемы – то, что происходит в сфере туризма, они ощущают на собственной шкуре и хотелось бы, что проблемы решались в реальной жизни, а не на экране и в отчетах.
Далее, слово перешло к главе района. Он коротко рассказал историю курорта и сообщил, что после того, как была достигнута планка в 1 млн. туристов в сезон, теперь мы устанавливаем новую – 3 млн.
С учетом того, что 1 млн. – лживая, существующая исключительно в воображении чиновников, статистика, отметку в 3 млн. преодолеть будет не так уж и сложно – несколько липовых отчетов, еще больше лживых публикаций – и результат будет достигнут.
Напоминаю, для того, чтобы в Шерегеше побывал 1 млн. туристов за сезон, там должны проживать примерно 6666 туристов ежедневно. Каждый из 150 дней сезона.
Но в сезоне бывают дни, когда в поселке не более 300-400 туристов. И таких дней много. А дней, когда число отдыхающих превышает отметку 6666 – не так уж и много. От силы 5-6.
Одним из крупных собственников на собрании было озвучено, что номерной фонд на горе составляет примерно 3 тысячи, а в поселке и его окрестностях – 4 тысячи мест.
По версии администрации, гора и поселок забиты под завязку 150 дней сезона. Каждый день. Без исключения. И это, конечно же – грубая, жуткая, мерзкая ложь, но так как она уверенно распространяется уже несколько лет, все к ней попросту привыкли.
На одном дыхании тот же собственник сообщил, что туристический поток сокращается второй год подряд на 20%. Но никто не обратил внимания на то, почему по официальной статистике мы имеем ежегодный существенный рост, а бизнес констатирует существенный спад.
Но так как действительность давно проиграла схватку российским чиновникам, отныне правдой считается не то, что видят наши глаза и фиксируется реальными числами, а тот уровень наглости, который может позволить себе чиновник в порыве вранья.


ТОЛЬКО ПОЗИТИВ!

Ну а собрание тем, временем, продолжалось.
Постепенно стало понятно, что это – елейная встреча, где чиновники и олигархи собрались, чтобы хвалить друг друга и восхищаться собой. Возможность высказаться была только у них, а остальные присутствующие находились на встрече в качестве молчаливых декораций. О проблемах упоминалось вскользь, разговор сразу же переводился в позитивное русло, на тему – о сколько великого позади, но впереди - манящее светлое будущее и мы обязательно к нему придем.

Светлое будущее в последние годы было надежно узурпировано высоким начальством и несколькими олигархами – только им позволено о нём рассуждать и строить планы. Остальным людям отведена роль покорных наблюдателей, обслуживающих интересы властно-олигархической связки.
По ходу встречи Сергей Цивилев демонстрировал воодушевление и испытывал возбуждение только в те моменты, когда речь заходила о возможности представить грандиозные планы относительно Шерегеша на международном Азиатско-Тихоокеанском форуме, где, возможно…и даже наверняка - будет первое лицо Китая!
По ходу встречи Цивилев неоднократно напоминал разным людям, что времени у них очень мало и нужно презентацию составить как можно быстрее, и чтобы это была…тут он замешкался, подбирая подходящее слово...Бомба! – было найдено необходимое определение.
Так что, скоро ВРИ О отправится на международный саммит с бомбой в чемодане, чтобы шокировать представителей одной из крупнейших экономик мира сверхдостижениями в сибирской таёжной глуши и далеко идущими планами по захвату мирового лидерства.


ГЛАС НАРОДА

Тем временем, простые люди на собрании тоже были. И однажды глас народа даже прорезался с задних рядов – голос принадлежал небезызвестному Виталику, который уже много лет исполняет роль футбольного мяча – тот самый представитель малого бизнеса, до которого никому нет дела, который путается под ногами и всем мешает, который со своими 7-ю детьми уже плешь проел.
Но на самом деле, Виталик никому ничего не проел – он сам кормит сотни людей. Шашлыками.
Он является представителем династии шашлычников и в любой другой нормальной стране мира это был бы очень обеспеченный человек, у которого были бы удобные места на горе, красивые шашлычные, сытые и довольные жизнью дети.
Но в Шерегеше Виталик вынужден скитаться  – его постоянно кормят обещаниями, ему врут, гоняют с места на место, а он не сдается и пытается выжить.
И вот, ситуация дошла до критической, Виталика в очередной раз прогнали и в качестве последней надежды он решил во что бы то ни стало прорваться на встречу с губернатором, услышав о его планах посетить Шерегеш.
Возник сумбур, потому что никто реальные проблемы реальных людей в этот день решать настроен не был. Началось небольшое перекрикивание, в результате которого Виталик узнал, что 7 детей – не аргумент, а всё нужно делать по закону.
Но самым большим недоумением Виталика, как, впрочем, и многих других собравшихся, как раз-таки, и было непонимание – почему он не может ничего решить по закону? Почему закон сделал Виталика и ему подобных невидимыми, превратил в привидение, которое отовсюду гонят?
Почему закон четко и понятно прописывает права богатых, обеспечивает для них широкий зеленый коридор, гарантирует им богатство, славу, и сытую счастливую жизнь, а Виталика и ему подобных – в упор не видит? Что это за закон?

Тут очень кстати слово взял первый заместитель губернатора Чернов и убедительно доказал, что никто никому не враг, все совершенно равны перед законом, у всех абсолютно равные возможности и буквально каждый, кто готов вложить в Шерегеш не меньше пятидесяти миллионов и при этом создать 50 рабочих мест – ну вот вообще нет никакой разницы кто это будет…Прокудин ли, Ивушкин ли – уточнил первый зам список лиц с равными возможностями…не имеет значения кто это будет, хочет ли он построить канатку, гостиницу, прокат – мы берем его и сопровождаем, это занимает 2 месяца и он может начинать реализовывать свой проект.
Я сразу представил себе прокат за 50 миллионов, где работает 50 человек и понял, что областные законотворцы – гении.
Что в этот момент думал Виталик, я не знаю, но явно что-то нехорошее.
Вот такие равные возможности для всех – подытожил первый зам и они прописаны в специальном законе. Тут он по всей видимости заподозрил, что Виталик в отношении возможностей немного проигрывает Ивушкину и Прокудину и дальше начал что-то мямлить, что для небольших предпринимателей нужно тоже что-то там подумать… и что-то там решить.., может быть то…, а может быть это…

И было очевидно, что эти люди не видят малых предпринимателей. Мы для них не существуем. В принципе. Для нас нет ни законов, ни прав, ни места в градостроительных планах – ничего. Мы – несуществующая величина.
Почему для нескольких богачей всё продумано, всё решено, всё открыто нараспашку и горит зеленый свет, а для простых людей есть только блуждание по лабиринтам неопределённости и безысходности – мы прекрасно понимаем - мы не выбирали этих людей.
Первый зам громко заявлял об этом на площади перед собравшимися после страшной Кемеровской трагедии. Они – вертикаль. И работают на вертикаль, которая со всех сторон поддерживается олигархическими капиталами и поэтому в их планах, в их решениях, в их устремлениях нет места для простого человека.
И даже здесь вопрос Виталика был закрыт только после того, как один из олигархов пообещал ему на следующий сезон место, а представители власти в этот момент облегченно вздохнули.
Просто прочувствуйте пикантность этого момента. Местный потомственный житель, представитель ремесленной династии оказывается в положении зависимого от мимолетной милости пришлого на его родную землю, олигарха. Сегодня эта милость есть, а завтра? Ведь почему Виталик опять оказался на улице? Потому что иссякла милость предыдущего хозяина. И его опять всем миром заставляют наступить на те же грабли и власть видит в этом решение проблемы.
Это скотство, господа. Других определений таким раскладам я подобрать не могу.


В ГЕШЕ - БИТЬ!

Собственно, мне изначально не хотелось в подробностях описывать происходящее на собрании, но мои планы нарушило следующее выступление.
Именно оно спровоцировало меня написать подробное изложение. Вот что случилось:
Неожиданно слово перехватил глава района. Ничто не предвещало и не располагало к тому, что он произнес в своей пламенной речи.
Коротко, его речь состояла из эмоциональных упреков в адрес известных ему плохих людей, которые сливают информацию о проблемах топовым блогерам, а писать про проблемы нельзя, потому что люди могут прочитать и не поедут в Шерегеш, а это плохо и непонятно, «что с такими людьми делать – морду им бить что ли?» (конец цитаты)
Это было прекрасно. Не слушать людей, накапливать годами проблемы, не участвовать в их разрешении, а когда ситуация выходит из-под контроля и буквально говно начинает течь под ноги – давайте набьем морду тем, кто об этом напишет.
Замечательно! Это так здорово, что власть совсем перестала стесняться, что о её методах и принципах управления станет известно широкому кругу лиц! Набьем морду, да и всё. А что, в Москве бьют морду, в Питере бьют, в Красноярске бьют и мы набьем!
Блогерам.
Тех, по чьей вине всё сломано, сгнило, не работает, загрязнилось – не тронем, так как они наши богатые друзья и нас кормят.
А весь вред - от блогеров, которым не нравится дышать говном и ходить по говну – вот им морды и набьем.

Человек два месяца назад тотально сфальсифицировал выборы на сорок одном избирательном участке района, швыранул с выборами 37 тысяч жителей, которые ему доверяют.
Нисколько не сомневаюсь, что вместо раскаяния в содеянном, злоумышленник мечтает набить морду тем, которые сделали это преступление достоянием общественности.
И вот, кровожадность и ненависть к людям, не боящимся говорить правду, вновь прорывается наружу. Теперь бить морду блогерам.
Зал дружно подхватил смехом удачную шутку, хотя у всякого нормального человека такое высказывание из уст главы района ничего кроме омерзения вызвать не способно.
Сергей Цивилев не имел ничего против и добавил к словам главы, что недопустимо публиковать в СМИ недостоверные сведения.
Окно Овертона в этот момент незаметно сдвинулось, смешав в одну кучу тех, кто пишет недостоверную информацию и тех, кто говорит об очевидных фактах.
«Прямо сейчас они сидят и пишут здесь всякие гадости» – блеснул своей проницательностью глава.
С моей стороны было бы невежливо не оправдать эту его уверенность, поэтому я и принялся за описание всех тех гадостей, которые щедро позволяла себе власть в этот день.


КТО ЕСТЬ КТО

Собрание в какой-то момент начало напоминать балаган. Шутки, каламбуры. Первые ряды веселились, им было хорошо. На задних были недоумевающие лица и временами прорывался ропот. Но задние ряды были чужие на этом празднике жизни, шоу должно продолжаться, поэтому далее вставали один за другим олигархи, хвалили себя за самоотверженный труд и прекрасные, несущие добро миру, планы. Сетовали на свою нелегкую судьбу.
Прокудин сообщил доверчивому слушателю, что, если бы он захотел, он заплатил бы себе сейчас со своего угольного бизнеса такие дивиденды, которые превысили бы сумму прибыли, которую он получит с курорта за 150 лет. Но несмотря на тяжесть, он несет это нелегкое бремя, и мы все должны быть ему за это благодарны.

Я сидел и думал - что, если бы свидетелями происходящего стали бы какие-нибудь власти швейцарского кантона и собственники знаменитого на весь мир курорта?
Удалось бы им понять, если бы их не предупредили заранее, что в зале собраны региональные власти и владельцы курорта и что здесь в этот момент происходит собрание, посвященное его настоящему и будущему? Или они подумали бы, что находятся в плохом театре, где плохие актеры играют плохие роли?

По ходу собрания раз за разом звучало абсурдное заявление, что вот-вот, уже скоро, осталось ждать совсем чуть-чуть и свет увидит проект планировки и сразу всем станет ясно, что где можно строить, а что и где нельзя. И всем станет легче и небо станет голубее и развитие ускорится.
Первым рядам было всё понятно и ясно – проект планировки создается на их деньги с тщательной проработкой их дальнейших интересов.
Задним рядам было непонятно ничего, и они немножко покричали, что никакие их предложения и интересы при создании документа не учитываются, но никто на эти крики внимания не обращал – ведь мы уже выяснили, что на задних рядах сидели невидимые приведения. И у них были неслышимые, для передних рядов, голоса.
Еще больше задним рядам было непонятно, почему вот уже несколько последних лет в ожидании появления документации, призванной утвердить план развития Шерегеша, крупный бизнес не прекращал реализовывать масштабные проекты и творить что ему заблагорассудится, в то время как малому бизнесу нельзя пошевелить и пальцем и нужно ждать, когда на свет появятся документы, в которых не то что нет места планам роста малого бизнеса, но и нет даже места тому, что есть у него сейчас – по репликам в зале создавалась устойчивая картина того, что вопрос существования объектов малого бизнеса уже окончательно решен – ничего не останется в том виде, который есть.
Во всяком случае ни одно из высказываний не оставляло надежды на незыблемость имущественных прав мелких предпринимателей.

Всё хорошо, и никто не тронет только богачей, а нищебродам не место в обществе успешных и влиятельных персон – такие выводы напрашивались по мотивам всего происходящего.
Вспомнился успешный предприниматель Полонский со своим знаменитым высказыванием: «у кого нет миллиарда могут идти в жопу!»
Так незаметно и постепенно Шерегеш оказался захвачен пришлыми варягами. Прошло всего каких-то десять лет и место, которое развивалось исключительно благодаря усилиям, труду и риску местных жителей, превратилось в полигон для игр больших мальчиков из других городов.
Они ловко разрезали сумочку местному населению, вытащили из неё кошелек - было ваше стало наше  - и вот они уже сидят на первых рядах, и правят бал, а ограбленное население выглядывает из-за спин.
Местная власть превращена в обслуживающий персонал – покажи, проведи, поднеси-подай, накрой стол, скажи тост.
А местным жителям отведена роль дворников, кочегаров и горничных у богачей.


НАКОНЕЦ-ТО КОНЕЦ

Дальнейшие детали встречи были уже не столь существенны. Из всего можно выделить, разве что, амбициозную идею создания высокотехнологичной деревни, где смогли бы дистанционно работать, учиться и параллельно отдыхать, китайцы. Из президиума была высказана критика в адрес тех, на чьем лице был замечен скепсис по этому поводу.
Аэропорт в Шерегеше, кстати, скорее всего не появится – это громкое обещание уже потихоньку заметается под ковер в пользу идеи принимать туристов в новокузнецком аэропорту и довозить их до Шерегеша на поезде.
А завершилось всё кратким выступлением представительницы местной тур.фирмы с призывом сохранять на горе атмосферу праздника, потому что все междоусобицы эту атмосферу уничтожают, а туристы это чувствуют.
В качестве реакции на это замечание, люди немного похлопали, но, очевидно, те, по чьей вине напряжение нарастает год от года и рискует вылиться вскоре в ряд судебных тяжб, разгромных статей, сокрушительные удары экскаваторных ковшей и даже битие морд – этот призыв истолковали по-своему – как требование заткнуться всем несогласным и не мешать.
На том и разошлись. Сильные мира сего - за богато накрытые столы - выслушивать взаимные дифирамбы и хвалебные оды, простые люди – к своим семьям и детям.

Жизнь продолжается и разводит всё дальше и дальше курсы двух, таких непохожих друг на друга категорий российских граждан: тех, кто заставил страну служить своим интересам и тех, кто хотел бы служить своей стране, но уже не может понять – а где она, эта страна? Чиновники приложили все усилия, чтобы она осталась только на бумаге и в липовых отчетах.
Добро пожаловать в созданный ими мир, где у вас нет ни прав, ни возможностей, ни будущего, ни права голоса, а тем, кому всё это не нравится – набьем морду!!!

КАК Я ПОБЫВАЛ НАБЛЮДАТЕЛЕМ

(не для слабонервных, уведите детей от экрана (30+))
В этой публикации я сообщу хронологию нарушений, зафиксированных мною в качестве наблюдателя, осуществлявшего наблюдение за выборами на избирательном участке №1410
То, что нарушения есть, стало ясно еще днем, пока шло голосование. Чем ближе было его окончание, тем отчетливее в воздухе пахло паникой и страхом. Весь президиум комиссии метался из угла в угол, постоянно перешептывался, а такой активной работы с бумагами, которую они устроили, я давно не наблюдал. Я просто терпеливо ждал. Я не отлучился из помещения ни на секунду, я наблюдал за каждым движением, фиксировал каждое значимое событие или слово, записывал фактическое количество опущенных в урну бюллетеней. Сложнее всего было не ходить в туалет, но я справился. Я вытерпел больше 20 часов.

Первое существенное нарушение состояло в том, что избирательной комиссии не были выданы на руки бюллетени в полном объеме. Они добавлялись дозировано, с учетом фактической явки, чтобы на конец дня на столе оказалось минимальное их число – именно из них позднее должно сложиться число непроголосовавших. Таким образом, обеспечивается высокая явка. Остальные бюллетени остаются спрятанными, чтобы в нужный момент появиться. На каком этапе – об этом позднее.
В последний час работы избирательного участка председатель добавила на столы членов комиссии примерное количество бюллетеней, которые не жалко зафиксировать как непроголосовавшие.

Позднее у вас возникнут вопросы, а что же остальные наблюдатели? Почему они не вмешались в процесс, если нарушения настолько вопиющи? Поясняю – подавляющее число наблюдателей на провинциальных выборах – это либо лица, входящие в узкий круг тех, кто заправляет всеми делами в городе, либо это назначенные немощные люди, задачей которых является просто сидеть в углу и страдать. На моём участке были и те, и другие.
Наблюдателем наделенным правом совещательного голоса была женщина, занимающая одну из ключевых должностей в больнице. Перед ней лежала рукописная таблица с внесенными в неё данными по состоянию голосования на каждые 3 часа работников разных медицинских подразделений. Все время через сообщения и посредством звонков она принимала данные и вписывала их в таблицу. Перед ней стояла задача обеспечить стопроцентную явку работников медицинских учреждений города. Она занималась этим весь день. Происходящее на участке её нисколько не интересовало, как и двух её, по всей видимости подопечных, выдвинутых от каких-то независимых кандидатов.
Дедушка от КПРФ мирно дремал в сторонке, в перерывах между сном рассказывал разные истории тем, до кого удавалось дотянуться и самолично признался, что голосует за путина, так как больше не за кого.

Итак, чем ближе подходило время окончания голосования, тем сильнее проступала испарина на председателе комиссии, которая в этот момент еще не подозревала, что её ждет дальше, но, судя по всему нехорошие предчувствия её не покидали.
Обращаю внимание, что подсчет голосов по закону должен начаться немедленно после завершения голосования, при этом, каждый следующий этап подсчета осуществляется после полного завершения предыдущего, значение которого должно вноситься в так называемую увеличенную копию протокола – большой плакат, куда вносятся все значения и который обязан висеть на всеобщем обозрении.
Увеличенный протокол не был вывешен, но это не помешало объявить начало процедуры подсчета.
Первым делом секретарь взяла, любезно отмеренную ранее председателем небольшую стопку неиспользованных бюллетеней со стола членов комиссии и приступила к подсчету.
Председатель, в нарушение закона о последовательности этапов подсчета предложила не ждать, пока секретарь справится со своей задачей и бросилась открывать переносные ящики для голосования – это является грубым нарушением. На замечание, что допускается нарушение, никто из комиссии не отреагировал.

Никто не заботился о том, чтобы число бюллетеней в переносных ящиках оказалось равно числу заявлений, поступивших в участок для проведения выездного голосования, но я, конечно же, поинтересовался. Заявлений оказалось 33. Бюллетени из ящиков были извлечены и закрытая телами своих сообщников по совершению преступления одна из членов комиссии, принялась судорожно их пересчитывать, загибая уголки. Удостовериться в правильности подсчета не было никакой возможности, так как члены комиссии начали принимать меры для отвлечения внимания и лишения меня возможностей убедиться в правильности подсчета. Бюллетеней было очевидно больше и руки члена комиссии тряслись, а лицо стало пунцовым.
Обращаю внимание, что, если в ящике оказывается бюллетеней больше, чем заявлений, все эти бюллетени аннулируются и не принимаются к подсчету. Директивно было озвучено, что бюллетеней 33 и член комиссии водрузила на них своё тело, чтобы исключить любой доступ и внимание. Тем временем бесконтрольно велся подсчет неиспользованных бюллетеней, итоговое число которых было объявлено как 93 шт. Они были должным образом погашены (отрезан нижний левый угол) и сложены на общем столе.
Это число не было внесено в протокол, так как протокол жулики привыкли заполнять в самом конце, безо всякого фактического подсчета, просто рисуя ту картину, которая необходима.
Затем члены комиссии заполнили в книгах учета избирателей данные по тем избирателям, которые проголосовали на дому, был осуществлен подсчет по каждой странице, произведены черновые записи и все книги были переданы секретарю, которая приступила к подсчету проголосовавших на основании данных из книг.

Обращаю внимание, что законом предписано оглашение результатов подсчета по каждой странице книг. Этого сделано не было. Секретарь в одиночку, без всякой возможности контроля за процессом считала списки избирателей. Здесь нужно остановиться подробно – если планируется завысить явку, то возникает существенное расхождение с книгами избирателей, в которых фиксируется получение избирателями избирательного бюллетеня. В этом случае, придется либо наплевать на это расхождение, зная, что потом никто эти сведения проверять не будет, либо садиться и дозаполнять в книгах данные о получении избирателями бюллетеней, но это физически тяжело и чревато последствиями, так как заполнение будет иметь ошибочные сведения по каждому избирателю и много повторений почерков – представьте себе, что нужно заполнить 500 строк данных и подделать 500 подписей.

Именно здесь кроется самое слабое звено выборного процесса, так как в результате никто, конечно же, эти сведения не заполняет, а, значит, никто и никогда данные из этих книг с заявленными данными по явке не сверяет.
Учитывая, что книги эти являются документами строгой отчетности и подлежат хранению, для того чтобы признать любые выборы в Кузбассе недействительными, достаточно сверить официальные данные по явке избирателей с записями в книгах учета избирателей о получении ими на руки бюллетеней. Но никто этого, по понятным причинам, делать не собирается.
Налицо очень слабый по защите от фальсификаций процесс самих выборов. Он совершенно незащищен, и никто не собирается делать его более подотчетным и прозрачным, сами догадайтесь почему.

Дальше был вскрыт стационарный ящик для голосования. Было очень сложно следить за тем, чтобы на стол не были добавлены бюллетени в момент опрокидывания ящика и сортировки – на самом деле, это идеальное время для вброса заранее заготовленных за путина голосов (не пишу за кандидата, так как никакой путин не кандидат, а обычный жулик и голоса могут вбрасываться только за него). Даже порядочному наблюдателю сложно в дальнейшей суматохе зафиксировать вброс на данном этапе, а если все наблюдатели свои – то это идеальный момент.
Я сильно боялся, что сейчас пропущу момент, а иногда думал, что и пропустил, но обошлось.
Члены комиссии безобразно и беспорядочно приступили к сортировке голосов. Эффективность их работы крайне низка, так как отсутствует система сортировки и в целом этап выглядит как полный хаос. Впоследствии вы поймете, зачем нужен этот хаос.

Тем временем, подсчет по спискам избирателей был завершен и данные тайно переданы председателю комиссии. Ей эти данные не понравились, хотя непонятно, чем может не понравиться обычный подсчет заполненных строчек в списках. Тем не менее результаты были оглашены. Число бюллетеней, полученных избирателями для голосования было озвучено как 1174. Таким образом, явка по версии комиссии оставила 93,6%.
Я весь день вел подсчет опущенных в урну бюллетеней и знал, что число проголосовавших было около 600. Мне стало любопытно, каким образом они собираются размножить лежащее на столе число бюллетеней, которых фактически было 679, а надо 1174 (это число тоже оказалось не отраженным в протоколе)
Как оказалось, их замысел состоял в одновременном, хаотичном пересчитывании бюллетеней, при этом пачка кандидата делилась между несколькими членами комиссии, что делало абсолютно невозможным наблюдение за корректным подсчётом голосов.
Председатель дала команду на одновременный подсчет голосов, принадлежащих кандидатам, что является грубым нарушением, так как подсчет должен осуществляться последовательно по каждому кандидату, методом перекладывания бюллетеней из одной стопки в другую, с предоставлением возможности наблюдателям видеть, за кого стоят отметки в каждом бюллетене.
После того, как в протоколе фиксируется число голосов кандидата, должен начинаться подсчет следующего.
Женщины принялись загибать уголки у 10-12 пачек одновременно. У одной из них я с трудом разглядел прыгающие по квадратам галочки, то есть, стопка, которую она пересчитывала, содержала бюллетени разных кандидатов, но считалась в пользу понятного всем одного.
Я решительно остановил и без того незаконный подсчет, после чего работа комиссии была остановлена, меня начали убеждать, что никто ничего и не считал, и что они до сих пор сортируют бюллетени. Председатель ушла читать памятку о выборах, в надежде найти там информацию для моего ограничения наблюдения за ходом подсчета. Как оказалось, памятка такой информации не содержала, а наоборот, говорила о недопустимости помех наблюдателям со стороны комиссии. Через десять минут с победоносным видом председатель принесла брошюру, в которой значилось, что наблюдатель должен находиться на расстоянии не далее 2-2,5 метров от места, за которым осуществляется наблюдение.
Пришлось объяснить, что из пяти наблюдателей, я единственный, кто выполняют эту норму, потому что остальные спят, сидят в телефоне и травят байки на расстоянии более 5 метров от места наблюдения и никаким образом в процессе наблюдения не участвуют.
Председатель, по всей видимости к этому моменту уже утратившая здравомыслие, объявила, что комиссия решает воспользоваться своим правом на совещание в закрытом режиме.
Я был оставлен под присмотром полицейских, а члены комиссии пошли решать, как лучше нарушить закон РФ, как искуснее совершить уголовное преступление и как противодействовать человеку, который пытается предотвратить преступление.

Прошло 2 часа. Это были непростые два часа, так как уже сильно хотелось в туалет и наступила ночь.
Когда комиссия вернулась, председатель объявила, что все ранее сделанные подсчеты объявляются недействительными, злорадно было замечено, что они не были внесены в протокол, а значит речь идет просто о дополнительном подсчете списков избирателей, так как могла быть сделана ошибка. Она взяла уже подшитые в одну книги избирателей (напоминаю, что книги подшиваются в одну после того, как результат признан окончательным и занесен в протокол, но это уже никого не смущало) и вместе с заместителем принялась подсчитывать проголосовавших избирателей.
Они оказались в полном тупике, так как оглашение результатов подсчета означало расхождение приблизительно на 500, выданных на руки бюллетеней, с предыдущим завершенным и оглашенным результатом. Такое расхождение не объясняется простой ошибкой, но обозначить предыдущее число означало вернуться на круги своя и оказаться ровно в том углу, в который комиссия загнала себя двумя часами ранее.

Я не знаю, что в этот момент творилось у них на душе. Скорее всего в ней находились останки совести и растирались в порошок, потому что дальнейшие события подразумевали уже такое поведение, при котором участие совести абсолютно не предусмотрено.
Было тяжело, она понимала, что ей рано или поздно придется огласить действительное число использованных бюллетеней. Но рот отказывался повиноваться. Поэтому они просидели над книгами еще полтора часа, окончательно измотав всех присутствующих. Все женщины повяли как двухнедельные цветы, а старичок от КПРФ мирно сопел в уголке.
Они считали и считали, листали и листали, казалось, это будет длиться вечно. Чтобы было понятно, речь идет о пересчете заполненных строк в бланках. Это делается одним человеком за 5 минут. Но мы оказались на этом первом этапе процесса спустя 6 часов после его начала.
Помещение к этому моменту превратилось уже в проходной двор – члены комиссии приходили и уходили, кто-то дремал, ничего не напоминало о том, что здесь протекает государственной важности действо – всем было откровенно плевать.

Наконец, они пришли к какому-то решению и заявили о готовности озвучить результат. Я настоял, чтобы была исполнена норма закона, предписывающая огласить результат по каждой странице. Тогда председатель начала неразборчиво тараторить цифры с листочка, я попросил её сделать это корректно, и записал под диктовку все значения, после чего искривившийся рот председателя в судорогах произнес финальное значение – 679. Расхождение с первоначальным подсчетом составило 495 бюллетеней.
Несколькими часами ранее, я уведомил всех, обратившись к сотрудникам полиции, что на участке совершается тяжелое уголовное преступление и где-то здесь спрятано около 450 – приблизительное на тот момент по моим поверхностным оценкам – либо чистых, либо заполненных за кандидата, бюллетеней.
Теперь это стало очевидно для всех. От мысли, что, как ни крути, придется эти бюллетени извлекать из тайника, председателю вновь сделалось плохо, она объявила, что здесь что-то не то и схватив книги избирателей предприняла попытку переместиться в другой конец зала. Мое попутное перемещение вызвало у присутствующих вздох негодования.
На стеклянный взгляд в ненавистные книги у председателя ушло еще несколько минут.
Я прервал её транс замечанием, что у нас нет никакого иного выхода, как достать из тайника спрятанные бюллетени, на что получил ответ – достанем, не переживайте.
Затем председатель вновь удалилась на телефонные переговоры, начались выяснения, да кто я вообще такой, кто меня уполномочил, наблюдатель с правом совещательного голоса стала копаться на столах комиссии, нашла моё направление и считала данные из него тому, кто был на том конце провода.

В конце концов люди забегали взад-вперед, председатель вернулась, дверца сейфа отворилась, а дрожащие руки извлекли толстую пачку бюллетеней и в помещении пахнуло типографской краской. Для меня это был пьянящий запах победы!
Одновременно с увеличением моего воодушевления моментально вырос градус ненависти ко мне со стороны 14 рассерженных женщин, на лицах которых не было ни капли стыда, страха, сожаления. Ничего подобного. Только злость и ненависть. Они ненавидели меня, будто это из-за меня они растянули уже на 7 часов получасовую процедуру. Только дедушка от КПРФ тихонько спал в сторонке и ничего не испытывал.
Бюллетени были брошены на стол, они оказались чистыми и подлежали проставлению галочек за всеми любимого лидера еще 7 часов назад, но что-то пошло не так.
Они были пересчитаны числом 528 штук. В этот раз уголочки пришлось отрезать несколько дольше и, почему-то, в третьем часу ночи, вместо 20 часов вечера. К этому значению было прибавлено число ранее погашенных неиспользованных бюллетеней и сумма 621 была внесена в протокол. Явка на участке за одно мгновение сократилась с 93.6% до 50.4%. Вот так происходят чудеса, если вы не знали.
Осталось дело за малым – подсчитать число голосов каждого кандидата, которое на сей раз было сделано корректно и распределилось следующим образом:
Бабурин - 5
Грудинин -120
Жириновский – 60
путин – 465
Собчак – 6
Сурайкин – 2
Титов – 4
Явлинский – 6
Испорченных бюллетеней – 11

В этом месте порядочный человек должен порадоваться тому, что правда восторжествовала, а всякая мразь – ощутить восторг, что путин всех всё равно порвал.
Вдруг проснулся дедушка от КПРФ и заинтересовался результатами голосования, записал их на листок и очень удивился, почему сумма голосов сильно не соответствует озвученному ранее числу использованных бюллетеней. Пришлось в очередной раз объяснить ему, что это из-за того, что он пренебрегает своими обязанностями, но это бесполезно, потому что совесть дедушки была извлечена и жестоким образом уничтожена еще тогда, когда, будучи молодым, он работал в КГБ.
Все помнят последнюю сцену Гоголевского ревизора? В любой драме должна быть заключительная сцена, вишенка на торте. Не обошлось без этого и у нас.

Члены комиссии собирали последнюю волю и раздробленные усталостью части тела в вялый кулак, чтобы доползти до дома, президиум удалился составлять итоговый протокол, как вдруг, дверь отворилась и в помещение с криком «Что здесь у вас происходит!?» ворвались несколько человек: бодрая женщина, парочка сверкающих глазами полицейских и несколько агрессивно настроенных мужчин. Все взоры были устремлены на меня, это был мой бенефис, я устало спросил, что делают посторонние в помещении, на что гражданские мужчины громко возопили, а бодрая женщина объявила, что она тут главная над всеми. Выяснилось, что это начальник ТИКа. Начальник приблизилась ко мне вплотную и начала задавать гневные вопросы, как я смею, кто я такой и кто дал мне право препятствовать работе избирательной комиссии.
Я отмахнулся от неё замечанием, что все вопросы она должна адресовать председателю комиссии, которая уже на протяжении 8 часов саботирует работу комиссии, не желая исполнить закон РФ, а я всего лишь наблюдатель, с заявлением о нарушении процесса выборов которого, она сможет ознакомиться в письменной форме.
После этого мы еще поговорили, я запросил копию заверенного протокола, а женщина срочно возглавила консилиум, на котором каждый стал вспоминать, что же я сделал и сказал не так, не дожидаясь пока я уйду, женщина начала упрекать комиссию, что меня вообще нельзя было слушать, что они обязаны были сделать всё как обычно, а если мне что-то по ходу не понравилось, я мог составить жалобу.

В этот момент ко мне подкрался криминального вида молодой человек, ввалившийся в помещение и с ненавистью глядя на меня, задал сакраментальный вопрос – и сколько тебе за всё это заплатили? Я сказал, что на глупые вопросы не отвечаю. А собеседник процедил сквозь зубы – они же все воры, все, а ты за них тут…Я ответил, что пока вижу здесь только одного вора – того, кто пытается фальсифицировать выборы. В 3:50 ночи я получил на руки протокол и удалился, оставив бандитов, среди которых были учителя, были врачи, были работники администрации, полицейские – всю эту неразличимую массу, у которой вдруг открылось второе дыхание и возникло неожиданное воодушевление, ведь представилась новая возможность сплести заговор, соткать клевету, разорвать правду на куски, оттоптаться на совести тех, у кого она еще не конца умерла, нанести удар, придумать план, как задушить честность, порядочность, истину, веру и добро.
Они среди вас. Они учат ваших детей. Они лечат вас, ну или делают вид, что лечат. Они руководят. Они носят звания борцов с преступностью. Они – государство. Чудовищное путинское государство. Которое никому не оставляет надежды на то, чтобы остаться человеком.

Наблюдение на участке. Как это было. Этюды.

Когда я отправился на участок в качестве наблюдателя, я был на 100 процентов уверен, что моё описание этого дня будет выглядеть только так, как я сделаю это сейчас, в виде ироничных, забавных этюдов. Но жизнь внесла свои коррективы и вам пришлось узнать об этом дне с несколько иного ракурса. Однако, я всё же хочу сделать то, что изначально задумал, поэтому в хронологическм порядке я расскажу, как это было. Каждый абзац, это отдельный эпизод: где-то смешной, где-то серьезный, где-то грустный. Я даю вам возможность присесть со мной на лавочку и поприсутствовать 12 часов в святилище, где протекала сакральная процедура избрания главы государства. Ну что, присаживайтесь, устраивайтесь поудобнее, мы начинаем.

Я пришел на участок в 7-40, я совершенно неподготовлен к тому, что будет происходить дальше. Уже ночью я распечатал какие-то памятки, присланные мне по почте лицом, предложившим дать мне направление на наблюдение от Яблока, он видел на моей странице комментарий, в котором я писал, что хочу наблюдать за выборами на участке и сам предложил снабдить меня направлением, которой я передаю цветущей, уверенной в себе женщине, первой попадающейся мне в коридоре. Это и есть председатель комиссии, я передаю ей направление, на её лице растерянность, она вводит меня в помещение для голосования и указывает на неудобную скамью в самом углу, расположенную так, что отсюда не видно ни урну для голосования, ни вообще ползала. Она настаивает, что только здесь я могу находиться.

Незадолго до открытия участка в помещении собираются все члены комиссии и появляется дедушка, наблюдатель от КПРФ. Он занимает место на скамейке в самом углу. Оттуда ему не видно ничего, кроме узкого сегмента зала, где позднее расположатся карманные наблюдатели. Еще он видит столы, где выдаются бюллетени и больше ничего. Но и на всё это он старается не смотреть. Он сетует, что его послали и теперь придется тут сидеть. И он будет сидеть. Все время. На одном месте. Он встанет лишь пару раз, чтобы рассказать карманным наблюдателям какие-то страшные истории из прошлого страны. Он голосует за путина, потому что, а за кого больше?

Члены комиссии веселы и непринужденны, они создают такой шум, что председателю приходится их осадить, чтобы огласить порядок и начало выборов. Книги избирателей и бюллетени для голосования выданы, всё готово к началу голосования, в коридоре слышен шум, двери открываются, шоу начинается.

Одновременно входит 15 человек. Самая сознательная часть общества. Далеко не самая благополучная, но с высоким уровнем ответственности за будущее страны.
Начинают активно идти люди. За два часа приходит еще 106 человек. За это время в помещении появляется несколько активных, ничем не ограниченных женщин. В течение дня они сидят, где хотят, двигают стол, активно общаются между собой, входят и выходят. Это наблюдатели, чьей задачей является проследить, чтобы процедура наблюдения на участке была максимально уничтожена и извращена. У главной из них – наблюдателя, наделенного правом совещательного голоса – рукописная таблица, которую она в открытом виде оставляет на столе. В первом столбике таблицы перечень медицинских учреждений города, следующие столбцы – временные интервалы, 9,12,15,18 часов, в которых отмечается явка работников медучреждений всего города. Она постоянно на телефоне, она работает в качестве центра по сбору данных и следит за тем, чтобы к концу дня явка медиков была стопроцентной. Она открыто радуется высоким показателям явки и делится этой радостью со своими подругами. Временами она обсуждает свои показатели с некоторыми членами УИК, которые тоже разделяют её радость.

К 10 часам на участке побывало только 3 человека младше 30 лет из 120 проголосовавших.
К 11 часам приходит еще 102 человека. К этому времени я смог увидеть на участке только 2 семьи, а суммарное количество людей до 30 лет выросло до 5 из 220. Молодежи нет. Вообще.
Для голосующих впервые молодых людей, достигших электорального возраста на участке предусмотрен подарок – обложка на паспорт с символикой выборов. Претендентов на обложку нет.

В коридоре слышен сильный шум, работает буфет. Его работа будет свернута после 13 часов, он предназначен для утренних избирателей. Именно они нуждаются в нем. От заместителя председателя все время звучат призывы подняться на второй этаж в столовую, там чай и печенье, а так же можно сдать кровь и пройти узи. Иногда это звучит как – поднимайтесь, попейте чая с печеньем, сдайте кровь. Сходите, попейте чай, сдайте кровь. Самые зловещие формулировки встречают смех у членов комиссии, начинаются шутки.
Люди продолжают идти. Я несколько огорошен. Я не ожидал такой активности. Наблюдатели и члены комиссии искренне удивляются, что в этот раз очень хорошо идут. Звучат реплики, что явка существенно превосходит прошлые выборы. В этот день явка на моем участке составит 54%. Так какой же была явка на прошлых выборах, официальные данные о которой были по традиции около 95%. Это профессионалы. Они пришли сюда совершать преступление, которое совершали уже неоднократно. Это рецидивисты. Они смущены моим присутствием, но делают всё на автомате. Им даже в голову не приходит, что кто-то может им помешать.
Если бы стояла задача составить портрет России, на основании исключительно тех 300 человек, которые побывали на участке до 11-30, пришлось бы написать примерно следующее:
Россия – это хромая, косая, старая, нищая, убогая, слепая, трясущаяся, неадекватная, порой придурковатая, кривая, медленно бредущая на кладбище страна, ведут под руки которую несколько среднего возраста лиц, записавшихся в кандидаты в хромые, слепые, больные, кривые...ну вы поняли. К этому моменту меня начинает охватывать ужас и горечь, мои глаза уже не могут стерпеть того, что видят. И контрастом к этому – веселые молодые учителя и деловитые женщины, выписывающие всем приходящим бесплатный билет на кладбище (образно, если кто не понял).

В 11:30, в портрет России внесла свои коррективы первая, хоть как-то прилично выглядящая женщина, после чего свои корректирующие мазки, к моему облегчению, стали приобщать редкие представители благополучных таштагольцев.

Наблюдатели наблюдают за мной. Я отбил пару атак дедушки от КПРФ присесть мне на уши, сделав максимально непроницательное лицо. Внутри него было радио, которое включалось моментально, как только в радиусе нескольких метров появлялся кто-то своим видом способный настроиться на его волну. Радио вещало о тяжелой судьбе страны и вывешивало в воздух риторические вопросы – а кто его знает, как вообще должно быть? Никто не знает, заключало радио. Дедушка служил в КГБ и хвастался своими способностями улавливать детали. Но в этот день эти способности были надежно замурованы в сейфе, спрятанном глубоко внутри дедушки. Ни одной детали и ни одного нарушения в этот день бывший сотрудник КГБ так и не обнаружил.

В дальнем углу зала - стол. За столом Ольга Владимировна – секретарь. Это какое-то сердце всего, что происходит в помещении. Там все время кипит работа, шуршат бумаги, подходят и уходят избиратели, происходит перешептывание с председателем и заместителем. В том, дальнем конце все время какое-то напряжение. Это территория председателя, зама и секретаря. Там царит максимальное напряжение, скованность и суета. Что там происходит, я не знаю, но хочу узнать больше всего. Я принимаю тактику, которая сделала бы мое вовлечение в происходящее максимально незаметным, чтобы окончательно не сковать свободу членов УИК. Тактика приносит свои плоды -рядовые члены чувствуют себя раскрепощенно. Главный наблюдатель почти вплотную держит от меня свой листок с мониторингом явки медиков, который мне без особого труда удается сфотографировать. Председатель мечется между нехорошими предчувствиями и надеждой на то, что я простой лох, которого мы в нужный момент легко надурим.

Председателю все время поступают звонки, она часто покидает помещение. Заместитель временами появляется возле урны, поздравляет проголосововавших и громко приглашает их откушать чаю с печеньем, а детям – мороженое .

Многим немощным приходится объяснять, что делать, направлять в кабинки, находящиеся, практически, вплотную к месту получения бюллетеней, у многих возникают затруднения, чтобы опустить бюллетень в урну. В 12:10 пришла первая молодая девушка – короткая передышка от четырехчасового эстетического насилия.

Иногда появляются люди, у которых возникают сложности с получением бюллетеня, их направляют к главным.

Всё! Теперь в столовую. Теперь чай пить, кровь и узи! – продолжает восклицать заместитель в адрес отходящих от урны.

Я веду блокнот, где фиксирую явку и записываю все, что кажется мне любопытным. Мне приходится открывать его часто, он лежит рядом со мной на лавочке и воспользоваться им незаметно я не могу. Все члены УИК впервые в жизни видят наблюдателя, который делает записи в блокноте. Я нисколько не сомневаюсь, что комиссия уже сделала выводы, что я здесь не просто так. Они все знают меня, иди слышали обо мне. Они знают мою семью. Моя дочь учится в этой школе. Значительная часть избирателей знает меня, некоторые – лично. Председатель к этому моменту уже доложила наверх о форсмажоре. Наверняка она получила инструкции быть предельно осторожной. Начальник ТИКа очень хорошо знает меня, она меня ненавидит за мою гражданскую позицию, мне рассказывали, что она последними словами костерила меня на каких-то неформальных тусовках. У меня до сих пор не укладывается в голове – как? Ну как при всём этом они рассчитывали завершить свою грубейшую фальсификацию? На что они надеялись?

Район обеда. Я чувствую голод и жажду. Я позволяю организму полностью иссушить себя и не пью. К этому моменту я понимаю, что похода в туалет не будет. Мне становится плохо от мысли об этом. Председатель услужливо предлагает сходить, у нас там чай, пирожки. Я благодарю и отказываюсь. Первые глотки воды я начинаю делать после 14 часов. Эти мелкие дозы моментально уничтожаются организмом. Позывы сходить по нужде есть, но они не сильные, однако я понимаю, что ситуация за оставшееся время может стать критической, лихорадочно соображаю, как поймать момент, но совершенно не понимаю, как можно выбрать этот момент.
Принимаю решение терпеть. Терпеть во что бы то ни стало. К этому моменту градус недоверия к происходящему поднялся до предела и я уже был практически уверен, что преступление здесь готовится. Какое? Как? Я ничего не знаю ни о процедуре, никогда не интересовался никакими материалами по наблюдению, понятия не имею, как должен выглядеть подсчет голосов. Как искать черную кошку в темной комнате? Я корю себя, ну как ты мог так легкомысленно отнестись? Это же совсем не похоже на тебя!

Со мной распечатки памяток. Я их изучаю. Приходится путаться во всех этих листах. Их много. Я пытаюсь выстроить в своей голове порядок и запомнить правила относительно каждого этапа. Я многое упустил. Сейчас я вижу, что было много недочетов уже в ходе голосования. Но, по счастью, это сыграло мне на руку, так как мое невмешательство в мелкие нарушения, возможно, усыпило бдительность комиссии и снизило исходящий от меня уровень угрозы.

Много людей с тростями. Очень большой процент. Меня это начинает даже удивлять. Множество пожилых, откровенно старых женщин. Очень много неблагополучных людей. На них невозможно смотреть без жалости. Многие физически больны, это видно невооруженным глазом. Возникает картина из фильма ужасов, где нескончаемым потоком медленно бредут мертвецы.
Путинское государство уже сделало всех этих людей мертвецами при жизни. У них нет никаких возможностей, никаких надежд на улучшение. Есть только разной длинны дорога на кладбище. Сейчас они пришли к очередному указателю на него. Им дали чай, печеньку и отправили в дальнейший путь. Многие из них окончат его буквально в несколько следующих лет, пока даже не закончится новый срок путина у власти.

В помещение вошла, если можно так сказать, старуха. Я узнал её. Я неоднократно видел её из окна, пытающейся подняться на пригорок – моя пятиэтажка расположена а начале холма. Без посторонней помощи она подняться к магазину не может. Однажды я посылал сына помочь ей, так как её путь в 50 метров без посторонней помощи может длиться часами. Сюда её тоже кто-то привел. Она не смогла бы сама. Она скрючена, так, что на лицо невозможно взглянуть, на ногах несуразные огромного размера мужские неопознанного вида сапоги.
Это для меня день победы! – восклицает она. Я сюда не пришла, я приползла! За Путина!
В этот момент меня накрывает шок. «Я хоть чаю попью» - добавляет она и начинает требовать дополнительный бюллетень, чтобы проголосовать за подругу. Ей долго пытаются объяснить, что так нельзя. Она долго голосует и теряется в небольшом пространстве – где здесь выход?
Выхода нет, бабушка, думаю я. Ты внесла свою маленькую лепту, чтобы выхода не было.
Внутри меня начинают течь слезы.

Член УИК голосующей подруге – а ты чо ребенка не взяла, мороженое же дают!
Начинают приходить люди помоложе и много детей. Для детей устраивают маленький праздник – поднимают на руки и позволяют опустить бюллетень в урну под всеобщее умиление. Извините, дети, диснейленд не для всех. Вам могут предложить только такое развлечение в воскресенье.
Дети получают наклейки с символикой выборов из рук заместителя – к умилению добавляется восторг. Я смотрю и не в силах осознать происходящее.
А теперь за семенами! И за чаем! – продолжает голосить заместитель.

Появляется странная пара. Они долго стоят при входе, все тщательно изучают и смотрят в телефон. Мужчина приближается к дедушке от КПРФ.
Вы – наблюдатель от КПРФ? У вас всё в порядке? Смотрите, мы на вас надеемся, во Владивостоке уже были вбросы!
Навык не пропал, все в порядке – ответил дедушка от КПРФ.
Какой из навыков не пропал, он не уточнил. Как обнаружилось позднее, навык видеть правду, определять нарушения, отстаивать закон – все эти навыки изначально не являлись коньком дедушки. Самым сильным его навыком оказалась способность спать сидя, не теряя вертикального положения тела.

Один из членов комиссии – старая, слабовидящая женщина, которой немалых усилий стоит найти фамилию избирателя в списке, чтобы выдать ему бюллетень. Другие члены комиссии ей в этом помогают.

По комиссии прокатилась волна возбуждения относительно отсутствия желающих сфотографироваться с каким-то плакатом, чтобы выиграть самсунг с-9.
Самсунг с-9! – мечтательно несколько раз произносит один из членов комиссии.

Мужчине долго объясняют, как скинуть бюллетень в урну. Кроме того, он хочет, оставить заявление, чтобы к нему приехали на дом. Видимо, какой-то член семьи не имеет физических возможностей прийти на голосование.
При подсчете голосов выяснилось, что таких заявлений было подано 33. Это 5% от числа пришедших голосовать. Если больше половины пришедших – это люди, вызывающие к себе жалость в отношении своего физического состояния, то кто эти 33 человека? Какое у них состояние? Это страшно. Мы не видим всех этих людей. Никогда. Они настолько лишены всяких возможностей и ограничены во всех отношениях, они составляют огромную часть экономически неактивных граждан – всем этим людям попросту незачем выходить из дома. Они существуют в параллельном с нами мире.
Но в день выборов, на страну набрасывается огромная сеть и рыболовецкий тралер вытаскивает всех этих, лежащих на дне, обитателей глубин. Всеми мыслимыми и немыслимыми способами.
К ним ходят на дом, орут на них из телевизора, обещают накормить, оказать бесплатную услугу и пытаются внушить, что в этот день они – самые важные люди, определяющие судьбу Родины.
И они выползают, они хромают, и тянутся, опираясь на палки нескончаемым потоком.

На телефон главного наблюдателя поступает звонок, злорадное хихикание и она делится с членами новой информацией – «сообщили, что не проголосовали только те, кто в коме». Раздается зловещий смех.

После 13 часов люди начинают тянуться вяло и временами наступает затишье.
Дедушка от КПРФ использует этот момент, чтобы посвятить комиссию в тайны прошлого. Он рассказывает о массовых захоронениях, о каких-то еще ужасах. Звучит вопрос, за кого он сам голосует. «За путина! А за кого еще? Путин взял олигархов за глотку!»

Приходит доктор, сообщает, что уходит, так как больные закончились.

Пришел мужчина навеселе. Дезориентирован. Ему помогают проголосовать и приглашают попить чай. «А ты уверена, что дяде Коле, моему соседу, именно чай нужен?» - спрашивает один из членов комиссии. Все смеются.

До 15 часов продолжают идти со скоростью 60 человек, после 15 до 18 – 20 человек в час.
Периоды затишья увеличиваются.
От своего стола отделяется секретарь, подает паспорт и сообщает – «Ну вот, и я проголосую, надо отзвониться, сообщить, что проголосовала.

Еще один пьяный получает бюллетень. «Идите в кабинку, проголосуйте!» . «А за кого?». Смех. «Путин! Где тут Путин?»

Появляется группа. Голосуют. Вышедшую из кабины одну из женщин подзывает главный наблюдатель. «Ну что, как там сработали?» . «Всё нормально, хорошо».

Главный наблюдатель обращается ко мне по имени (Она знает меня с детства. Моя мама приводила меня часто на лечение, я часто болел в детстве).
«Ну что? Как там мама?». «Её нет уже лет 14». «Да ты что?». «Ну а ты, почему  не едешь голосовать?». «Я отношусь к этому участку». «А почему тогда не голосуешь? Ну-ка голосуй, нам явка нужна!». «Похоже, и без меня здесь прекрасно справляются».
Это был момент, когда она впервые напряглась. Она была настолько легкомысоенна и расслаблена фактом, что знает меня, настолько поглощена своим мониторингом явки медиков, что до этого момента даже не думала, что в моем лице могут возникнуть какие-либо проблемы.
Через несколько минут её стол был отодвинут от меня, плотную придвинут к столам членов комиссии, а сама она со своей таблицей переместилась за тела своих соратниц и стала прятать её под другими бумагами.

Дедушка в очках в очках долго получает бюллетень. Подходит к кабинке, и минут пять изучает от и до бюллетень. Прочитывает его полностью, наклоняется к дедушке от КПРФ, показывает ему на строку Путина и вопросительно произносит – « Вот за этого, а других ффшить?» и делает взмах рукой. Дедушка от КПРФ одобрительно кивает.

Комиссия сидит и совершенно свободно обсуждает кто перед кем отчитался, какие бюджетные структуры хорошо проголосовали. «Мне прислали фотографию»  - хвастается одна из членов УИК.
Для них это что-то вроде соцсоревнования. А если быть точнее – и есть самое настоящее соцсоревнование. Их нисколько это не смущает. Всё весело и дружно.
«Детская поликлиника – хорошо. Посчитай сколько процентов.» - продолжает свой телефонный мониторинг главный наблюдатель. У них развернут целый центр мониторинга явки бюджетников. То, что вижу я – это еще цветочки. Где-то недалеко есть крупные ягодки – куда стекаются все данные. В конце дня, после внесения в свою таблицу результатов явки по медикам, наблюдатель по телефону будет обсуждать уже пофамильно тех, кто еще не побывал на участке и требовать, чтобы этим людям позвонили. «В детском отделении сколько человек? 17?»
Соратница получает фотографию в сообщении, показывает главной – «Нате, все на месте». Следует одобрение.

«Путин проголовал!» - сообщает одна из членов. И уже шуточно, обращаясь к главному наблюдателю – «Вы отметили у себя? Тоже администрация!»

Проголосовала бабушка. Очень переживала, чтобы комиссия обязательно приехала по какому-то адресу.

Председатель получает звонок. На том конце спрашивают про меня. Косится на меня и сообщает в трубку – «Сидит. У него права совещательного голоса нет».
Перечисляет от кого на участке другие наблюдатели. На упоминании о том, что я от Явлинского возникает напряжение, поступает запрос на сведения, передаются сведения о моем направлении.

Суета в зоне председательских столов нарастает суета. Главный наблюдатель тоже начинает нервничать и рисовать что-то на бумажке, отвечая на любопытство члена комиссии, что это проект.

В дверях появляется член комиссии – учитель физкультуры, вернувшаяся с надомного голосования, с ней – женщина. «Вот, я человека привела!». Другая член спрашивает адрес. «Куда? Это мой!» - возмущается учитель физкультуры.
Наблюдатель, задумчиво, глядя в книгу избирателей – «Плохо, что телефонов мобильных нет, так бы звонили, приглашали». «Ага, по домам ходили, еще и по телефону звонить?» - вяло возмущается кто-то из членов УИК.

Появляется мужчина. «За великого князя!» - звучит провозглашение на всю аудиторию.

Наблюдатель, задумчиво - « (неразборчиво) – 100% проголосовало»
Еще выдержка из телефонного разговора – «У вас должно быть 49 человек только в терапии» . Следует созвон с Шерегешем.

Дедушка от КПРФ немножко поскулил.

Конец дня. Председатель решает проголосовать. Член комиссии, получив её паспорт, начинает смеяться и пытается сунуть паспорт другим членам, чтобы они могли разделить её радость от фотографии в паспорте директора школы. Возникает заминка. Бюллетень получен. «Девочки, сфотайте меня!». Звучит жидкий аплодисмент.

Люди почти уже не идут. Редкие заключительные посетители встречаются возгласами.
Члены комиссии, ощущая близкое окончание расслабленны и веселы – они не понимают, какой ад ждет их в следующие 9 часов. Председатель, не смотря на прохладу в помещении, жалуется на невыносимую духоту.
Председатель, заместитель и секретарь предельно напряжены, лихорадочно что-то делают с бумагами, постоянно перешептываются. Они нисколько не похожи на людей, которым предстоит всего-навсего пересчитать голоса.
Перед ними бумажка и они с помощью калькулятора пытаются считать какие-то данные с неё.
Наблюдатели, в книгах которых сделано много отметок о получении бюллетеней сидят с победоносным видом и проявляют по этому поводу радость.

Последние 15 минут. 10. 4. Короткий спор, 59 или уже ровно. Двери закрываются.

Начинается АД!

ПС. Этой ночью я на протяжении 8 часов пытался остановить совершение уголовного преступления. Я предотвратил попытку вброса 528 бюллетеней при списочной численности избирателей - 1254, на этапе подсчета голосов, что привело бы к увеличению явки с 54 до 96 процентов, а количество проголосовавших за путина выросло бы с 465 до 993.
Оваций не надо. Можно просто поплакать. И тихонько поскулить. От обиды. От злости. От безысходности. Ведь явка по всему району составила те самые 94% и так по всему Кузбассу.
Славься Кузбасс! Край некогда честных, смелых, решительных людей.
А ныне – территория, на которой господствуют мерзавцы и подонки.
У меня все. С вашего позволения я тоже немного всплакну и попытаюсь избавиться от кома в горле.

Развитие по-Шерегешski.

Многие наивные люди, думающие, что Шерегеш переживает стадию развития, потому что там иногда строятся гостиницы и новые подъемники, не понимают главного – развитием можно считать действия, нацеленные на улучшение. Например, если твой ребенок вырос, но не поумнел, не приобрел полезных навыков, не развил морально-волевых качеств, он не развился. Он просто стал крупнее.
С Шерегешем то же самое. Бесспорно, курорт укрупняется, это очевидно, но становится ли при этом лучше – большой вопрос.
Из-за сложившихся в Кузбассе специфичных отношений между властью и бизнесом, Шерегеш несет на себе отпечаток этих отношений.
Что это за отношения? Перед крупным бизнесом принято преклоняться и расшаркиваться, потому что это кормильцы, а мелкий бизнес принято пинать и гнобить, потому что личной выгоды с него – никакой.
Такой расклад приводит к тому, что олигарх превращается в террориста, постоянно выторговывающего для себя все лучшие и лучшие условия, а мелкий бизнес заметается под лавку как мусор.
Именно поэтому олигарху могут выделить в Шерегеше десятки гектаров земли на безконкурсной основе, а мелкий предприниматель не может получить даже одну сотку.
Такой чудовищный перекос в реализации прав и возможностей создает печальный прецедент – однажды олигарх становится на вершине горы, охватывает взором окрестности и восклицает – Моё! Это всё мое!!! Я хочу владеть всей этой землёй, имуществом, людишками!!!
Всё, с этого момента о развитии можно забыть.
Включаются механизмы, не имеющие ничего общего с процессами, обеспечивающими развитие.
Олигарх вступает в схватку. Его не интересует ни бизнес, ни прибыль, ни благополучие территории и её жителей, ни сохранность природы – олигарх опускает забрало и прёт как танк, пытаясь смести всё со своего пути.
Власть, уже однажды продавшаяся олигарху, связанная обязательством перед ним, начинает послушно исполнять его волю, забывая о людях, о территории, о законе, о правах, о морали.
Олигарх может уничтожать водные ресурсы, пускать канализацию по земле, уничтожать высокогорную тундру, совершать действия, нацеленные на воспрепятствование другим участникам рынка в осуществлении своей деятельности, создавать какие угодно проблемы, не соблюдать никакие нормы, законы и постановления– всё это будет преподноситься в радужных тонах, власть будет смотреть на всё это сквозь пальцы.
Когда главным мотивом становится единоличная власть, бесконтрольное своеволие и ненависть ко всему, что подает признаки жизни – о развитии можно забыть.


Уже сейчас можно с уверенностью сказать, что курорт «Шерегеш» является зоной экологического бедствия. Гостиницы на нелегальном положении снабжаются водой из загрязнённого водозабора, из которого запрещен разбор воды, многие используют нелегальные скважины, в ближайшие ручьи стекают тонны канализационных сбросов, бесконтрольно вырубается лес, безжалостно уничтожается почвенный слой на вершине горы, пешеходные маршруты превращаются техникой в непролазное болото, снег чернеет из года в год от увеличения угольных выбросов.
В сфере экономики – происходит выдавливание с рынка местных предпринимателей, сокращаются качественные рабочие места, низкие заработные платы, огромная текучка кадров, поселок не получает ничего от размещения в своём составе популярного курорта, заработанные курортом деньги покидают территорию. Образно говоря, строится феодальный замок, внутри стен которого всегда достаток и непрекращающийся праздник, а за стенами – живущая в лачугах нищая чернь, которой изредка через стены перебрасывают недоглоданные кости.
Ни на одном курорте цивилизованного мира вы не встретите столь чудовищного перекоса.
Цивилизованный курорт - это всегда гармоничное соотношение развития туристической и жилой инфраструктуры поселения, являющегося основой курорта, это всегда масса преуспевающих местных жителей, потому что они имеют преимущественные права на территории своего проживания, это всегда абсолютная ответственность внешних инвесторов перед территорией, это гармония и красота в каждой мелочи, в каждом закоулке.
Нельзя навести у себя внутри стен порядок и чистоту, а за стены выливать свои испражнения, всё вокруг обблевать, замусорить и испохабить и говорить – а вот посмотрите, какой у меня порядок и благолепие, посмотрите какие у меня канатки и гостиницы!


Кстати, о канатках. Какие улучшения произошли на курорте в текущем году?
Снесены две канатные дороги, обслуживавшие выкат горы. Однажды одни умные градостроители заметили, что при строительстве новых микрорайонов при прокладке тротуаров лучше всего дождаться, пока жители протопчут тропинки и на их месте они стали делать тротуары. Если делать тротуары там, где хочет проектировщик, то получатся тротуары, по которым мало кто ходит и всё равно будут тропинки, по которым ходят все.
Так вот выкат горы – это та самая тропинка, протоптанная людьми. Уже 20 лет люди доказывают, что это очень удобная для них тропинка. Поэтому все подъемники в районе выката всегда имели очереди. Казалось бы – бери и повышай производительность канаток в том месте, где происходит наибольшее скопление людей. Так поступают во всё мире. Но не в Шерегеше.
Там же есть не мой бизнес, какие-то люди там зарабатывают деньги! Катастрофа!
Поэтому, вместо увеличения суммарной пропускной способности, она снижается вдвое. Было четыре подъемника? Станет два! Не нравились очереди? Будут вдвое длиннее!
Ах ты плут! Воскликнет пытливый читатель. А почему же ты молчишь про новую канатную дорогу, которую олигарх построил выше по склону вместо бугельной и про строящуюся подбрасывающую, на месте демонтированного малого кресла?


Почему молчу? Не молчу. Сейчас расскажу.
Является ли новая канатка, идущая от отеля Елена, решением для разгрузки нижней части горы?
Начнем с местоположения. Совсем недавно олигарх позвонил одному из местных предпринимателей, которых он мечтает изжить с горы и сообщил, что административные меры по уничтожению мелкого бизнеса не дают столь быстрого эффекта, как ожидалось, поэтому он приступает к реализации устранения с помощью экономических мер.
Для этого, он строит рядом с новой канаткой большую парковку, крытый рынок и «все сувенирщики будут у меня», «со следующего года на горе не будет ни одного инструктора кроме моих»,  строит огромное дешевое кафе, большой прокат в два раза дешевле, а потом просто отключает зеленое кресло и «вы там все сдохнете».
Вот такая вот бизнес-стратегия. Не сделать хорошо людям, не развить услугу, а чтобы у соседа «корова сдохла».
А теперь представьте большую стоянку в самом центре гостиничного городка.
На любом курорте мира большие парковки стараются строить вдали от зоны проживания туристов. Но не в Шерегеше. В Шерегеше свои правила – пусть по гостиничному городку ездит непрерывный поток машин, пусть они там в снегопады создают заторы, пусть те, кому не хватило места бросают машины на обочине вблизи стоянки или пытаются развернуться и ехать на другую стоянку в нескольких километрах. Пусть пешеходная прогулка по гостиничному городку превратится в ад. Пусть всё это будет в самом центре курорта! Шум, выхлопы, аварии, больше ада!
На кого ориентирована новая канатка?  На самых опытных горнолыжников, мечтающих оказаться на трассе открыв дверь автомобиля. Можно сказать, что она разгружает зеленое кресло, но мы ведь помним, что зеленое кресло должно остановиться, а стоянка то возле канатки не резиновая. Это означает, что для того, чтобы туда попасть, людям необходимо воспользоваться какой-то другой канаткой. Какой? Единственным бугелем, расположенным с другой стороны трассы, на который после остановки зеленого кресла будет километровая очередь?
А что делать огромной массе людей, которые делают свои первые шаги в горных лыжах? Они не хотят подниматься на самый верх.
Так вот же! Строится подбрасывающая канатка! Она решит все проблемы начинающих горнолыжников! Ой ли?
Вспоминаем: нижний бугель исчез, малое кресло исчезло, зеленая канатка остановлена, с огромной стоянки от скайвея поднимаются заполненные кабины, вы стоите в чудовищной очереди на поворотной станции, а вы всего-то хотели покататься на горных лыжах.
Мало того, предложить людям пользоваться гондолой на четырехсотметровом пологом участке - из разряда настолько сомнительных решений, что нигде в мире подобного не увидишь. Во всём мире гондольные дороги используются для самых протяженных и крутых участков трасс. Каждый раз отстегивать снаряжение, грузиться в кабину ради двухминутного подъема, выгружаться, встёгиваться в толчее - весьма сомнительное удовольствие.


Все эти новшества приведут к тому, что люди будут стремиться уйти с выката, кто-то на скайвей, кто-то на сектор Е, кто-то увеличит очередь на булочку.
Цель олигарха – снизить популярность выката – будет достигнута, но можно ли будет назвать улучшением все возникшие мучения отдыхающих? Конечно нет. Можно назвать это развитием?
Ростом – да. Развитием – нет.
Опять же, развитие, это когда улучшение наступает без длительных масштабных ухудшений.
Чего нельзя сказать о текущем сезоне, в котором очереди на нижние канатки значительно увеличатся, ведь два подъемника уже демонтировано, а вместо – построен один неравнозначный, а второй еще неизвестно, будет ли запущен в этом сезоне вообще.


В любом месте на земле зону выката пытались бы превратить в конфетку, в визитную карточку курорта. В Шерегеше олигархи пытаются убить исторический центр, а власти им всячески в этом содействуют.
Как персонаж из английской песенки, Робин Бобин Барабек, в приступе алчности олигарх пытается наполнить своё чрево всем, что попадется под руку, не понимая, что настоящий курорт никогда и нигде не создается одним человеком. Это всегда альянс усилий трудолюбивых, влюбленных в свой поселок жителей, множества мелких предпринимателей, превращающих все закоулки в уютные местечки и капитала людей-созидателей, любящих свою страну, и благодарных той земле, которая их приняла.
Робин Бобин Барабек ничего этого не понимает, он будет жрать, пока не заболит и не лопнет живот.
Благо, закон жизни таков, что живот обязательно заболит и лопнет.

Про российские курорты

Будучи тесно связанным с туристической отраслью, так или иначе приходится сталкиваться с попытками сравнения зарубежных и отечественных курортов.
Простодушие и наивность граждан в этом вопросе приводят меня в замешательство.
Это как годами сравнивать Ладу с БМВ и на полном серьезе обсуждать, чего не хватает Ладе, чтобы сравниться с БМВ. Дело в том, что Лада, это – Лада. Если она когда-либо станет сравнима с БМВ, то это будет уже не Лада, а какой-то совершено иной автомобиль.
Верить, что российские курорты должны быть сравнимы с зарубежными, это какое юродство.
Они такие, какие и должны быть при всех внешних условиях и параметрах, в которых они находятся.

Что это за условия?

  • Первое - повальная нищета населения. Каждый пятый россиянин – бедный. Еще трое из пяти живут от зарплаты к зарплате, не имея возможности ничего откладывать. У них хватает только на самое необходимое. Это если говорить только о работающем населении.

Еще каждый пятый россиянин – пенсионер, которые числом, близким к 100 процентам – все нищие и бедные. А еще 27 миллионов детей до 18 лет. А еще какой-то процент обеспеченных, которых не заставишь отдыхать на российских курортах под дулом автомата.
Остается какое-то ничтожное количество потенциальных потребителей туристического продукта, большинство из которых, опять же, считают каждую копеечку, так как для удовлетворения своего желания путешествовать, им приходится урезать себя в каких-то иных потребностях.

И это количество попросту не в состоянии обеспечить своими деньгами развитие и содержание на должном уровне более-менее внушительного числа российских курортов.
Это главный бич российских курортов. Решений у этой проблемы два:

1  Значительное повышение общего уровня достатка россиян, которое невозможно при текущей власти, так как противоречит её стратегическим интересам.

2  И высокий спрос на наши туристические услуги со стороны иностранцев. Чего, опять же, не произойдет никогда, так как Россия, вопреки громким лозунгам, не имеет уникальных отличий от других мест в мире, которые способны были бы массово заинтересовать зарубежного туриста.
Альпы всегда будут более привлекательными горами в сравнении с нашими, Средиземное море всегда будет лучше Черного и так далее. Для основной массы цивилизованных людей не имеет никакого смысла увеличивать транспортные издержки и утомлять себя дополнительным временем доставки своего туловища, чтобы получить доступ к худшему или пусть даже сравнимому предложению.

Китай активно развивает свой внутренний туризм, который уже значительно превосходит наш, а в ближайшие годы и вовсе уйдет в недосягаемый отрыв.
Остальные, граничащие с нами страны имеют весьма низкий уровень жизни, чтобы можно было рассчитывать на то, что массы граждан из этих стран способны были бы обеспечить высокую доходность для российских курортов.

  • Следующим условием, в которых вынуждены существовать российские курорты, это транспортная доступность.

Огромные пределы страны попросту уничтожают возможность массовой туристической миграции.
Значительные затраты на транспортные расходы и потраченное на дорогу время и силы аннулируют возможность возникновения большого числа развитых курортов.

Логичным и естественным решением является создание так называемых домашних курортов, что и происходит. Но домашний курорт, это изначально – низкорентабельный курорт, ожидать от которого решительного взлета к высочайшим мировым стандартам наивно и глупо.
Для сотни миллионов активно путешествующих европейцев, находящиеся максимум в двухчасовой транспортной доступности альпийские и средиземноморские курорты, где туристы остаются в пределах своей родной комфортной культуры и привычного сервиса, всегда будут предпочтительнее возможности съездить непонятно зачем в Россию.

  • Еще одним условием, значительным образом влияющим на уровень развития курортных зон, является общий уровень экологической культуры и соблюдения природоохранного законодательтства.

Для нас этого условия так и вовсе не существует, но для мирового сообщества оно давно является одним из определяющих.

Говоря простыми словами, я хочу вернуться туда, где при возведении туристической инфраструктуры природе не наносится тяжелый урон, где бесцельно не вырублен и не валяется под ногами лес, где бульдозеры не превращают землю в лунный ландшафт безо всякой необходимости, где не валяется повсеместно мусор и строительные отходы, где приверженцы экстремальных увлечений не нарушают хрупкий эко-баланс и не уничтожают комфортную для большинства среду, где люди массово не срут себе под ноги.
В наших курортных зонах экологическая культура, увы, находится в зачаточном состоянии и для всякого зрелого в этом вопросе туриста, это сильно бросается в глаза и отвращает от повторного посещения и тем более от стремления сделать для себя ту или иную зону местом постоянного посещения.

 Существуют ли исключения и возможно ли развитие туристической отрасли вопреки этим условиям?
Возможно ли, чтобы страна была бедная, расположена далеко, с экологией беда, а курорты есть и успешно функционируют? Полно. Тот же Тайланд. И тут возникает четвертое условие, в котором существуют российские курорты.

  • Отсутствие уникальности. Российские курорты способны предложить среднестатистическим туристам только то, что уже предлагает весь остальной мир. Если для узкого круга экстремалов в России и найдется ряд уникальных предложений, то для массового туризма такие предложения полностью отсутствуют.

У нас нет Ниагарского водопада, Большого каньона, фьордов, океанского побережья, особенных гор, памятников архитектуры в большом количестве и так далее, то есть всего того, что обеспечивает массовый интерес со стороны туристов

В бедных, малоразвитых, дальних, грязных странах есть множество курортов, но все они действуют в уникальных природных условиях, обеспечивающих привлекательность для массы зарубежных туристов и созданы они с привлечением иностранного инвестирования.

Ну вот как-то так. В следующий раз, когда вам захочется с негодованием или с сожалением повозмущать себя или кого-то еще рассуждениями о недостаточном развитии российских курортов, лучше порассуждайте, почему у Усманова или у Сечина есть яхта а у вас нет.
Это одного порядка и одной степени бессмысленности рассуждения.

ГОРНЫЕ ЛЫЖИ КУЗБАССА, ПРЕДМЕТ ДЛЯ ГОРДОСТИ ИЛИ ПОВОД ДЛЯ УНЫНИЯ?

СИСТЕМА КООРДИНАТ

Так вышло, что я являюсь отцом сильнейшего горнолыжника среди детей до 16 лет центральной части России.
За многие годы его становления из маленького мальчика, впервые вставшего на лыжи, в сильного спортсмена, завоевывающего право представлять страну в международных соревнованиях, я с головой окунулся в горнолыжный спорт. Многие годы, которые я провел бок о бок с сыном, с нашей горнолыжной школой, как говорится – в печалях и радостях, жертвы, которые несла наша семья в течение этих многих лет, дают мне сегодня право высказаться о состоянии горнолыжного спорта в Кузбассе.
К сожалению, руководство области приложило немалые усилия для того, чтобы суждения о жизни в Кузбассе  основывались на «красивых картинках» и «правильных лозунгах». Не обошла стороной эта тенденция и горные лыжи.

На первый взгляд, Кузбасс имеет для развития этого вида спорта всё, о чем только можно мечтать; склоны, подъемники, целые комплексы, продолжительную зиму. Обыватель и вовсе представляет Кузбасс горнолыжной меккой – шутка ли, в регионе располагается второй по популярности в стране горнолыжный курорт!
Но точно так же, как ребёнок не способен стать хорошим человеком только от того, что его оденут, накормят и дадут в руки игрушки, из ребенка не способен вырасти хороший горнолыжник только потому, что он обеспечен склоном, подъемником и множеством снега.

Для того, чтобы определить эффективность того или иного достижения, необходимо сравнить его с лучшими в мире показателями. Если, например, ты взял в руки шест и, пролив много пота, научился преодолевать высоту 4 метра, стал чемпионом своей области, глупо почивать на лаврах и заявлять о высоких достижениях, потому что, только для того, чтобы получить доступ к участию в международных соревнованиях, нужно преодолеть отметку на полтора метра выше. А с точки зрения перспективы борьбы с сильнейшими, ты вообще впервые взял в руки шест.

Имея за плечами огромный опыт подготовки и участия в различного уровня соревнованиях, нельзя не обратить внимание на следующую тенденцию: на рубеже 8-12 лет наши и зарубежные дети, занимающиеся горными лыжами, мало различимы по уровню. На рубеже 13-14 лет наступает отставание от зарубежных сверстников, которое только увеличивается к 16 годам и окончательно закрепляется в юниорском возрасте.
В пользу этой статистики неумолимо свидетельствует ежегодное участие России в международных стартах среди детей 13-16 лет, проходящих в Италии. Эти старты являются завершающими в сезоне и ярко демонстрируют итоговые результаты работы по окончанию каждого сезона. Для участия в соревнованиях отбираются самые лучшие в стране горнолыжники, сумевшие доказать свое превосходство в национальном первенстве, и, если в возрастной группе 13-14 лет нашим спортсменам удается регулярно заезжать в топ-10, то в более старшей группе успехом уже считается попадание в двадцатку с огромным по горнолыжным меркам отставанием от лидера.
Дальше еще хуже – на юниорском уровне 16-20 лет на чемпионатах мира привычными для наших спортсменов являются позиции с 25 по 50 и лишь изредка происходят всплески попадания в двадцатку сильнейших.

Но вопрос, почему Россия в целом имеет слабые результаты в горных лыжах, оставим за скобками нашей беседы, сейчас мы говорим о горных лыжах в Кузбассе и для этого обратимся к некоторым фактам.

КУЗБАСС ВПЕРЕДИ ПЛАНЕТЫ ВСЕЙ?

Итак, систему координат мы установили и нам остается лишь понять, какое место в ней занимают Кузбасские горнолыжники.
Если мы рассматриваем детские горнолыжные школы как кузницу кадров для спорта высших достижений, а именно об этом свидетельствует их наименование, в котором значится, что они относятся к учреждениям олимпийского резерва, то мы должны обратиться к числу действующих спортсменов, представляющих Кузбасс в Российском чемпионате.
Для этого мы открываем официальную таблицу очков, завоеванных командами регионов по итогам текущего зимнего сезона и смотрим, какое место в ней занимает Кемеровская область.

Естественно, слыша отовсюду о неизменных успехах нашего спорта, об отличных условиях, самоотверженной работе чиновников от спорта, мы начинаем искать Кемеровскую область вверху таблицы. Постепенно мы спускаемся к середине и вновь возвращаемся наверх – вдруг просто пропустили, но нет, мы скользим глазами всё ниже и ниже, пока таблица не заканчивается на 18-ой строке.
Очевидно, это какое-то недоразумение – как такое может быть, чтобы сильная команда, которая регулярно входит в пятерку сильнейших в стране среди детей, не смогла завоевать за весь сезон на многочисленных соревнованиях ни одного очка!? Даже занятое однажды 30-е место дает одно очко. Неужели наши горнолыжники ни разу не сумели войти в тридцатку сильнейших на нескольких десятках стартов? И это при том, что 30-е место на соревнованиях в России, это – катастрофически низкий уровень катания по международным меркам!

А ответ на вопрос сражает своей неожиданностью, оказывается, всё гораздо хуже, чем непопадание команды в очковую зону. На самом деле, никакой команды у Кузбасса вообще нет!
Нет ни одного представителя Кузбасса в Российском кубке!
Не может быть! Может. Это горькая и ужасная правда.
Это говорит о том, что горных лыж как спорта, за пределами детского возраста в Кузбассе, попросту не существует.

Как же так, спросите вы? А как же Федерация горнолыжного спорта, как же статус Кузбасса в качестве горнолыжного региона, как же судьба сотен детей и их родителей, которые думают, что у занятий горными лыжами есть какое-то продолжение, которые считают, что это всё-таки спорт и рассматривают занятия своего ребенка горными лыжами в ином, нежели оздоровительные мероприятия, ракурсе?
А никак! Горных лыж, за пределами детской горнолыжной школы, в Кузбассе не существует.

На третьей позиции турнирной таблицы мы находим Красноярский край, с которым мы конкурируем в детях на равных. Оказывается, Красноярский край представлен в Российском чемпионате многочисленной командой. В копилку команды в этом сезоне очки принесли 15 спортсменов. Схожим образом обстоят дела у всех, традиционно сильных, команд, с которыми Кузбасс довольно успешно конкурирует в детях. Так что же такое происходит? Почему у детей из всех горнолыжных регионов есть спортивное будущее, а у Кузбасских детей нет?
На десятой позиции мы обнаруживаем Новосибирскую область, которая в детском возрасте Кузбасской команде в подметки не годится. 10-место, это же середина списка! За счет кого регион с практически отсутствующими условиями для серьезных занятий горными лыжами, занимает место посреди таблицы? Ба! Да это же бывший Кузбасский спортсмен, Сергей Майтаков! Он единственный обеспечивает команде Новосибирской области довольно высокое 10-место.
Как же так вышло, что он представляет в Российском кубке не родной регион?

Вопросов больше чем ответов. Но ответы искать необходимо, если, конечно, мы не примем за факт, что горные лыжи в Кузбассе относятся к разряду оздоровительной физкультуры.
Однако, мне, как родителю, сложно согласиться с тем, что ежедневные изнурительные тренировки, огромные финансовые траты, жертвы учебным процессом по причине регулярных выездов, нагрузки на грани огромных рисков получить травму – всё это просто физкультурная секция.
Мне кажется, что то, чему посвятил уже большую часть своей жизни, мой сын, это, всё-таки, спорт и крайне странно видеть консолидированную позицию высокопоставленных чиновников, согласно которой это спорт только до шестнадцатилетнего рубежа.

Конечно же, чиновники мне возразят, что никакой такой позиции нет, конечно же, они хотели бы, что бы перспективные спортсмены продолжали свои карьеры, вырастали в именитых спортсменов, приносящих славу родному краю.
Ну а что, черт возьми, вы для этого делаете!?
Лежащий в мавзолее Ленин и то выглядит живее и более эффективен (потому что хотя бы вреда не приносит) чем руководство Федерацией горных лыж Кемеровской области.
Для того, чтобы оценить вашу эффективность есть один критерий – таблица очков, завоеванных в чемпионате страны командой региона. И в соответствии с этим критерием ваш вклад в горные лыжи Кузбасса равен нулю.

У меня нет никаких вопросов к тренерскому составу Таштагольской школы, с преподавателями которой я нахожусь в плотном контакте уже много лет. Я вижу с какой выкладкой работает команда тренеров, чтобы обеспечить эффективное обучение более 400 ребятишек. Их преданность работе, нацеленность на результат, доходящая до фанатизма самоотверженность являются редким примером трудового подвига в наши дни.
Но если работа с детьми до 16 лет – это всё, что нужно, то школы прекрасно способны обходиться без вышестоящих спортивных чиновников. Давайте тогда объявим официально, что горнолыжный спорт в Кузбассе существует только для детей до 16 лет и никаких дальнейших перспектив регион спортсменам обеспечивать не собирается, распустим Кузбасскую федерацию горных лыж и покончим на этом.

ПО ДЕЛАМ ИХ…

Не обязательно словесно выражать свое отношение к чему-либо, дела об отношении всегда говорят громче слов. Поэтому поговорим о делах.

Все мы прекрасно помним, хотя это было достаточно давно, как возникла и получила импульс к развитию идея открытия в Таштаголе Губернского центра горных лыж и сноуборда. Согласно первоначальной идее, центр должен был превратиться в кузницу профессиональных спортсменов, для которых будут созданы лучшие условия. Говорилось о создании спортивного интерната, пиар на этом поднимался до небес.
Но в процессе реализации решили, что о детях думать недосуг, гораздо важнее подумать о собственных карманах. В результате строительство затянулось на многие годы, осуществлялось со множеством чудовищных нарушений, которые не легли в основу уголовного дела только по причине специфичного для Кузбасса отношения к закону и ответственности перед ним.

К моменту запуска объекта о детях уже никто и не помнил, спортивная школа оказалась бременем. Оказалось, что прославленная школа с 50-ти летней историей, воспитавшая множество сильных спортсменов, среди которых почти три десятка мастеров спорта, не достойна лучшего, чем занять место в подвале многострадального строения.
Для обеспечения красивой картинки, необходимой для торжественного открытия, школу экстренно переселили из строительных вагончиков в сырой, необустроенный подвал, как ненужный хлам, который жалко выбросить. Как говорится, всё лучшее – детям. Лично я воспринял это как плевок. Плевок в меня, в моих детей, в десятки посвятивших тренерской работе людей, в тысячи семей, которые были вынуждены идти на жертвы ради того, чтобы их ребенок занимался горными лыжами. Оказывается, за 50 лет самоотверженного служения на благо всего Кузбасса, школа заслужила не больше, чем шершавые подвальные стены.

Сегодня, от амбициозной идеи создания центра, способного обеспечить мощный толчок развитию горных лыж в области, не осталось и следа.
Существующим детским группам на трассах тесно, практически отсутствует возможность тренировать скоростные виды, где уж тут до подготовки опытных спортсменов.
Как не было, так и нет специалистов по качественной подготовке склонов, такое ощущение, что мы тренируем чемпионов по фрирайду. Периоды, в которые состояние полотна хотя бы отдаленно можно было бы сравнить по качеству с тем, на которых тренируются зарубежные сверстники, весьма редки и краткосрочны, и существуют скорее по милости в редкие моменты благоволящих погодных условий, нежели по причине профессиональной работы специалистов, отвечающих за этот наиважнейший элемент подготовки спортсменов высокого уровня.

Система искусственного оснежения выполняет скорее декоративную функцию, нежели служит цели создания условий, способствующих спортсменам достигать результатов.

Всем этим хозяйством управляет малооплачиваемый персонал, не подотчетный руководству школы и нисколько не заинтересованный в результатах её работы.

Каким бы профессиональным и хорошим не был тренер, без внутренней конкуренции ребятам сложно тренироваться с неослабевающей мотивацией. Если в соседней тренерской не базируется спортсмен, которого я должен обогнать, мой прогресс замедляется. Если на школьных соревнованиях пьедестал не заняли воспитанники моего коллеги, мне, как тренеру, сложно вовремя уловить ошибки в своей работе и заставить себя искать пути достижения лучших результатов своей работы. Конкуренция в спорте значит всё.
Но откуда взяться конкуренции, если молодой специалист вынужден работать за копейки и видеть перед своими глазами старшего коллегу, сводящего концы с концами?

Когда уже до власти дойдет, что голый энтузиазм эффективен далеко не всегда и не везде?
Однажды люди старой закалки закончатся и выяснится, что продолжать дело попросту некому.
Непомерная нагрузка, лежащая на плечах человека, никогда еще не приводила к росту эффективности его работы.
Помимо основных обязанностей, тренерам приходится решать массу проблем, связанных с обеспечением инвентарем, проводить сложные переговоры с родителями, выискивать средства для выездных мероприятий, постоянно стоять с протянутой рукой для обеспечения материальной базы, искать младший обслуживающий персонал, и так далее. Они превращены в крайне зависимых людей, над которыми чувствует власть даже рядовой канатчик.

Конечно же, тренер будет молчать о всех проблемах, потому что он поставлен перед сложной дилеммой – либо достигать цели исходя из сложившихся возможностей, всеми силами стараясь снивелировать все негативные факторы, либо превращаться в революционера, в борца с ветряными мельницами. Совмещение этих ролей невозможно.
Поэтому тренеры молчат и будут молчать. А мы будем наблюдать, как вместо развития горные лыжи деградируют всё сильнее.

Еще каких-то пять лет назад шерегешская горнолыжная школа была одной из ведущих школ в Кузбассе. Сегодня она присмерти. Уже несколько лет не слышно ни одного, достигшего каких-либо едва заметных результатов, имени воспитанника этой школы. И, пожалуй, уже никогда таких имен не появится. Произошло ли это за один день? Нет, это был многолетний процесс угасания.

Обратил ли на это внимание хоть один чиновник, затрубил ли в трубу? Нет. Гробовое молчание.
Это всё дела, которые говорят громче любых слов. Именно они, а не восторженные речи и громкие заявления являются маркером отношения региональных властей к горнолыжному спорту.

ПОБЕДА ИЛИ СМЕРТЬ?

Для того, чтобы быть успешным в борьбе, необходимо как можно лучше понимать силу противника.
Совсем недавно мы вернулись с международных соревнований, проходивших в Италии.
Так вот, отборочные соревнования, на которых итальянцам предстояло выявить шесть сильнейших спортсменов для участия в этих международных стартах, проводились среди 180 спортсменов (для сравнения, во всероссийских соревнованиях право быть лучшими оспаривают около 70 парней). В итальянском национальном первенстве принимали участие представители 96-ти! горнолыжных клубов (аналог наших школ).
Обращаю внимание, что территория Италии, где возможны занятия горными лыжами, по площади примерно равна территории всего Кузбасса. В Кузбассе всего три школы, способных воспитать спортсменов, готовых бороться в национальном первенстве, а во всей необъятной России таких школ всего около 50-ти.
В дисциплине слалом-гигант, на отборочных итальянских стартах, отставание от лидера, итальянца, занявшего 30-е место, составило 5 секунд.
Лидер итальянских отборочных соревнований победил и в международных стартах, в которых принимала участие наша сборная. Наш лучший спортсмен проехал медленнее на 7 секунд.

Это означает, что на национальном первенстве только Италии, среди своих сверстников наш лучший спортсмен не вошел бы даже в тридцатку сильнейших. А стран, где горные лыжи развиты не хуже, чем в Италии, около десяти, плюс еще десятка тех, где дела обстоят несколько хуже, но, тем не менее, гораздо лучше, чем в России.
На этом фоне, наши текущие достижения выглядят незаметно. Гордиться совершенно нечем.
А если говорить только о Кузбассе, на таком фоне, в области, можно сказать, горных лыж как спорта, вообще не существует.

Когда диагноз установлен, и выясняется, что болезнь тяжелая, встает вопрос – что ответственные лица будут делать дальше? Как и всегда – делать вид, что ничего не происходит, хвалить и награждать друг друга, и сочинять возвышенные речи? Или двинуться вперед, многократно умножив усилия и приложив всю волю и ресурсы, постараться выздороветь, исправить плачевное положение?
К сожалению, на текущий момент приходится признать, что у руля горнолыжного спорта в Кузбассе стоит команда, не сделавшая за последние годы ровным счетом ничего для того, чтобы горные лыжи развивались.

У детей в Горной Шории не такой-то уж и большой выбор для занятий спортом. Учитывая природные условия, горнолыжный спорт мог бы быть ключевым видом спорта для юга Кузбасса. Здесь могла бы быть непобедимая армада, ежегодно выпускающая сильнейших горнолыжников страны в большой спорт. Кемеровская область вполне могла бы входить в тройку сильнейших команд национального чемпионата.
Но вместо всего этого мы имеем выжженную чиновничьим равнодушием и безалаберностью, пустыню, на которой лишь изредка вызревают какие-то, способные бороться с неблагоприятной средой, растения. Вызревают, чтобы в лучшем случае пополнить число обслуживающего персонала для туристов.

Чиновники умеют хорошо обижаться, когда их вотчину покидает какой-либо перспективный, выросший в их регионе, спортсмен.
Однако умеют ли они настолько же хорошо работать, чтобы спортсменов появлялось больше и у спортсменов не возникало бы желания уехать по причине отсутствия условий, обеспечивающих дальнейший рост?

Ответ мы видим во всё том же командном протоколе, где у Кузбасса в графе набранных очков красуется гордый ноль, завоеванный несуществующими спортсменами.

Ген.план Шерегеш

В качестве эпиграфа к прошедшим сегодня публичным слушаниям по проекту генерального плана Шерегешского городского поселения, без сомнения, можно использовать неувядающую, возвышенную речь Остапа Бендера, произнесенную им в тот момент, когда он всецело был охвачен заботой о благополучии жителей деревни Васюки.
Давайте вспомним эти нетленные слова:


— Кто же у нас будет платить такие бешеные деньги? Васюкинцы...

— Какие там васюкинцы! Васюкинцы денег платить не будут. Они будут их по-лу-чать! Это же все чрезвычайно просто. Ведь на турнир с участием таких величайших вельтмейстеров съедутся любители шахмат всего мира. Сотни тысяч людей, богато обеспеченных людей, будут стремиться в Васюки. Во-первых, речной транспорт такого количества людей поднять не сможет. Следовательно, НКПС построит железнодорожную магистраль Москва — Васюки. Это — раз. Два — это гостиницы и небоскребы для размещения гостей. Три — это поднятие сельского хозяйства в радиусе на тысячу километров: гостей нужно снабжать — овощи, фрукты, икра, шоколадные конфеты. Дворец, в котором будет происходить турнир, — четыре. Пять — постройка гаражей для гостевого автотранспорта. Для передачи всему миру сенсационных результатов турнира придется построить сверхмощную радиостанцию. Это — в-шестых. Теперь относительно железнодорожной магистрали Москва — Васюки. Несомненно, таковая не будет обладать такой пропускной способностью, чтобы перевезти в Васюки всех желающих. Отсюда вытекает аэропорт «Большие Васюки» — регулярное отправление почтовых самолетов и дирижаблей во все концы света, включая Лос-Анжелос и Мельбурн.

Ослепительные перспективы развернулись перед васюкинскими любителями. Пределы комнаты расширились. Гнилые стены коннозаводского гнезда рухнули, и вместо них в голубое небо ушел стеклянный тридцатитрехэтажный дворец шахматной мысли...

— Не беспокойтесь, — сказал Остап, — мой проект гарантирует вашему городу неслыханный расцвет производительных сил. Подумайте, что будет, когда турнир окончится и когда уедут все гости. Жители Москвы, стесненные жилищным кризисом, бросятся в ваш великолепный город. Столица автоматически переходит в Васюки. Сюда переезжает правительство. Васюки переименовываются в Нью-Москву, а Москва — в Старые Васюки. Ленинградцы и харьковчане скрежещут зубами, но ничего не могут поделать. Нью-Москва становится элегантнейшим центром Европы, а скоро и всего мира.

— Всего мира! ! ! — застонали оглушенные васюкинцы.

— Да! А впоследствии и вселенной...


Думаю, каждый пришедший на слушания человек, как и всякий, в момент блестящего выступления Остапа, васюкинец, несомненно был вдохновлен теми потрясающими перспективами, которые открылись сегодня перед жителями таежного поселка.
Обещано было всё и сразу. Транспортные развязки, расширение дорожной сети, оживление периферийных районов, решение проблем с водоснабжением, парковая зона, пешеходные дорожки, культурные и досуговые центры, спорткомплекс, вертолетная площадка и многое многое доугое. Вишенкой на торте возвышенных мечтаний проектировщиков можно по праву считать смотровую площадку на возвышенности в районе старого поселка, откуда всякий сможет любоваться преобразившимся до неузнаваемости поселком теперь уже городом.

Время от времени повисавшие в воздухе вопросы, относительно финансирования столь дорогого праздника жизни, старательно обходились стороной, но всем было ясно - великая мечта не терпит низменных сомнений, нужно просто верить.
Несколько, правда, смутило заявление члена комиссии о том, что ген.план носит декларативный характер и "может сбудется, а может нет".
Присутствующих несколько оскорбило отнесение членом комиссии документа, способного до неузнаваемости преобразить жизнь таежной глубинки, в разряд гадания на кофейной гуще. Поэтому обсуждение продолжилось.

Людей заботило, где будут поставлены опоры новой мощной ЛЭП и не окажется ли их расположение в опасном соседстве с вертолетной площадкой.
Обсудили вопрос сохранения культурного наследия и высоту плотины, необходимую для увеличения запасов воды в десять раз.
Позаботились и том, чтобы проносящиеся транзитом из соседнего региона грузовики, проезжая через поселок, доставляли минимальное неудобство отдыхающим в парке жителям.
"Канатка! Обязательно должна быть канатка, ведущая прямо из поселка на гору!!! - воскликнул один из присутствующих - Это даст взрывной толчок развитию поселка!" Какой толчок, оратор не уточнил, но что толчок обязательно будет, сомнений ни у кого не вызвало.

В воздухе витало ожидание, когда же, наконец, начнется обсуждение проектных решений, относящихся к территории, успевшей за последнее время стать яблоком раздора. Половина присутствующих оказалась в зале именно для обсуждения планов реконструкции сектора А.
Но, все разговоры упорно обходили этот вопрос стороной.

Наконец, одному из предпринимателей удалось озвучить чаяния более чем половины собравшихся и заговорить о вожделенной для всех территории, но всех тут же поспешили заверить, что данные слушания и сам ген.план не предусматривает обсуждений относительно назначения земель на территории комплекса и расположения различных объектов, а только лишь служит для разграничения отведенных для различных нужд, зон.

Собравшихся нисколько не смущало то, что вся эта радикальная реконструкция и модернизация абсолютно невозможна в отрыве от развития горнолыжного комплекса, который, по сути, является катализатором любых существенных преобразований поселка.
Как-будто с комплексом уже давным давно все решено, он только цветет и пахнет, как-будто там нет никаких корпоративных войн и неразрешимых противоречий в интересах между действующими бизнес-структурами, как-будто олигархами последний год не велась работа по созданию предпосылок для перераспределения имущественных прав, туристических и денежных потоков.

-Детализация по сектору А не предусмотрена - проинформировал собравшихся автор проекта.
-Но как же так? Я же только сегодня утром открывал опубликованную в публичном доступе документацию, где сектор А имеет разграничения на конкретные зоны? - вопросил предприниматель.
-Не знаю, может быть вы посмотрели какой-то устаревший файл - отмахнулся проектировщик.

С недоумением справиться не удалось, но пришлось успокоиться и согласиться с предложением поучаствовать через месяц в слушаниях, посвященных правилам застройки и землепользования, в ходе которых будет детально рассматриваться освоение каждой конкретной, определенной ген.планом, зоны.

Я не большой специалист в градостроительных вопросах и не разбираюсь в последовательности и порядке градостроительной деятельности.
Но мне совершенно очевидно то, что в следующие годы реальные изменения возможны только со стороны бизнеса и именно вопросы, относящиеся к сфере деятельности бизнеса должны быть поставлены на первоочередное рассмотрение.

Это, конечно здорово, что мы не утратили способность мечтать и строим планы на 20 и более лет вперед.
Но как добиться исполнения двадцатилетних планов, если мы не готовы расставить точки над "и" в том, что касается близлежащей перспективы?
Но этот вопрос, насколько я понял из реплик комиссии, не относится к числу важных на текущий момент вопросов.

Гораздо важнее мечтать о смотровой площадке.
И я предлагаю сделать её в самую первую очередь, тем более, что она не требует огромных затрат. Сделать, чтобы каждый мог подниматься на неё и мечтать о том, каким чудесным и прекрасным будет поселок в будущем. Когда-нибудь потом. Через 20 или 30, а может быть 50 лет.